Булочка для кондитера

Но она профессионал, должна вести себя сдержанно и спокойно, поэтому просто позвала Риту обратно и приготовилась взять, возможно, самое важное интервью в своей жизни. Интервью, которое откроет ей путь в мир большой журналистики. Здесь не до любви, косоглазых купидонов и шоколадных тортов. Только бизнес, детка!

Голова холодная. Сердце горячее. Руки… так и хочется подержать этот вкусный шоколадный торт.

Интервью прошло, как в тумане. Лиля от всей души мысленно благодарила того, кто изобрел диктофон. Её записи в блокноте, дрожащей от волнения рукой, не поддавались расшифровке.

***

Она небрежно скинула утепленные кроссовки, прошлепала в свою комнату, закрыла дверь на замок изнутри – она несколько месяцев уламывала отца его поставить, чтобы Петька не лазил по её вещам – и рухнула на кровать. Только спустя несколько минут девушка осознала, что на кухне снова кричат.

– Где ты была вчера? Опять задержалась? – кричал Иван Смирнов.

– Ваня, ты выпил. Успокойся. Вчера было совещание по закупкам, очень важное.

Покупатели задержались в пути, всякое бывает, – сдержанно, но чуть громче, чем обычно, объясняла мама. Она явно теряла терпение.

– Да у тебя постоянно совещание! Что вы там все совещаетесь? – что-то громко стукнулось о стол. По звуку – тарелка. – Говори, кто он? – прорычал не своим голосом. – Кто этот урод, с которым ты все совещаешься? С директором нашим, что ли? За какие это совещания он тебе так много платит? Какие это услуги ты ему оказываешь?

Это был опасный момент.

Лиля знала, что вот-вот последует. Пора было вмешаться. Превозмогая усталость, встала с кровати и побежала на кухню. Как раз вовремя, отец уже опасной горой направлялся к её миниатюрной маме. Пьян. Красное лицо, как всегда, когда много выпьет. Острый запах алкоголя стоял в кухне, Лилю начало слегка подташнивать.

– Папа, прекрати! – гаркнула девушка во все горло.

– А, вот и ты пришла! Заступница! Когда замуж пойдешь, а? Столько лет, а все никто на тебя не позарился! Так и останешься старой девой! Ни рожей, ни кожей не удалась… вот послал бог доченьку, – сел на любимую лошадь, зато отстал от мамы.

Больше, чем устраивать сцены ревности, подвыпивший отец любил распекать её. Он был разочарован. Воспитывая дочурку, Иван Смирнов ждал, что вырастет фигуристая красавица-дочь, которой он будет хвастаться перед друзьями в гараже. Потом она найдет себе рубаху-парня, он будет вместе с ним чинить свою побитую жизнью девятку.