Снежить

– А это зависит от того, как ты его кормить будешь, – усмехнулась вредная старуха, а потом вдруг сделалась очень серьезной и, понизив голос, добавила:

– Ты осторожнее там, Вадим. – Впервые она назвала его по имени. Даже как-то непривычно. – Хочу вперед заглянуть, а ничего не вижу. Метель перед глазами. Метель и тени. Разные тени, Вадим, и не только человеческие. Вот он, – она кивнула в сторону Сущи, – их бы разглядел. Разглядел и уберег. Если бы в силе был.

– … Но в силу он войдет только через тридцать лет и три года, так что и говорить не о чем.

– Темно там… – Старуха теперь смотрела вроде как и на Чернова, а вроде как в пустоту. – Чернота непроглядная… Тревожно мне, – произнесла она уже совсем мягко, он аж вздрогнул от удивления. А еще от этих ее радужных прогнозов. – Я ни зла, ни силы такой не встречала. Нездешнее зло, холодное, голодное. – Она замолчала, сощурилась, словно пытаясь разглядеть что-то невидимое обычным взглядом, а потом неожиданно улыбнулась.

– Увидели что-то новенькое? – вежливо поинтересовался Чернов.

– Кто ж вас таких призвал? – вопросом на вопрос ответила она и, досадливо махнув на него рукой, отвернулась.

Чернов знал, кто их призвал. Степан Тучников – миллиардер, меценат, фантазер, не ограниченный в средствах. А вот самого Чернова гораздо сильнее интересовал другой вопрос: не «кто», а «зачем». Еще это «призвал»… Как будто они духи какие или рыцари света… Загривка словно бы коснулась холодная рука, как будто Хивус, лютый северный ветер, дотянулся до него через тысячи километров, пометил своей ледяной печатью.

– За Ниной с малым я присмотрю, – пообещала старуха, по-прежнему не глядя в его сторону. – И успокою. Нервничает она. Чует то же, что и я, потому и нервничает.

Нервничает. Нина всегда нервничает, когда он уезжает далеко и надолго. Но отпускает, потому что понимает, что Чернову, как и любому нормальному мужику, жизненно необходима эта лихая вольница.

Вот только сейчас тревоги в ее глазах больше, и болотные огни в них вспыхивают все ярче и ярче. Надо бы как-то успокоить, наобещать всякого. Может, поездку в какие-нибудь жаркие страны, к морю, к экзотике. А что? Оставят Сущь под присмотром Шипичихи и рванут! Вот после севера сразу и рванут. Или лучше недельки через две-три, чтобы успеть разгрести завалы в центре, если они там появятся за время отсутствия. На том и успокоился.