Один сон на двоих

 – Мирон тоже всматривался и тоже хмурился.

– Могла восстановиться за счет кого-то другого. – Теперь Милочка хотя бы не отрицала тот факт, что Астра упырь. – А со мной ей захотелось просто пообщаться, по-женски.

– О чем? – тут же спросил Харон.

Милочка задумалась, потом тоже нахмурилась.

– Не о чем, а о ком, – сказала мрачно.

– Все ясно! – Мирон с досадой покачал головой.

– Что тебе ясно?

– Болтун – находка для шпиона, – сказал он и снова пожалел о сказанном. Милочка не разозлилась, Милочка вдруг поникла.

– Астра расспрашивала о тебе. О твоем бизнесе, о масках… – Милочка виновато посмотрела на Харона, а потом перевела взгляд на Мирона: – А про тебя я ей сама рассказала. Сказала, что ты идиот!

На «идиота» Мирон не обиделся, его сейчас больше интересовало другое:

– А про Леру вы ей что-нибудь рассказывали?

– Нет. – Милочка помотала головой, а потом сокрушенно сказала: – Вроде ж нормальная с виду баба! Писательница! Кто бы мог подумать, что она вот такая… Это получается, она ко мне в Гремучем ручье не случайно подсела…

– Сто пудов – не случайно! Вынюхивала гадина первородная, втиралась в доверие! – Мирон с сочувствием посмотрел на Милочку, а потом добавил: – Да вы не убивайтесь так, Людмила Васильевна, меня она тоже того…

– Чего – того? – спросила Милочка.

– Пыталась загипнотизировать.

– Меня никто не гипнотизировал.

– Откуда такая уверенность? Могла дать установку, чтобы вы все забыли.

– Никто мне никаких установок не давал и не гипнотизировал! Это я, дура такая, сама ей все рассказала!

– Людмила, – Харон осторожно положил свою лапищу ей на плечо, – ты не рассказала ей ничего такого, чего нельзя было узнать у посторонних людей. Не нужно так расстраиваться. Меня волнует другое: ты говорила про пропавших туристов, про то, что одна из тех четверых попыталась на тебя напасть.

– Вот, значит, вы про какую стаю! – Мирон сунул осиновый кол под мышку, взъерошил волосы. – Наша первородная тварь Астрочка продолжает плодить упырей.

– Это весьма вероятно. – Харон кивнул.

– И это означает, что скоро Гремучую лощину заполнят толпы восставших мертвецов, а мы узрим апокалипсис районного масштаба, – продолжил его мысль Мирон.

– А почему апокалипсис уже не начался? – вдруг спросила Милочка.