Ты, я и Париж

– Из-под крана? – осторожно уточнил Ян, вставая.

– Ну ясен перец! Пей!

Он проглотил таблетку, запил водой, вопросительно посмотрел на Тину.

– Что дальше?

– Закрой глаза и расслабься. – Она решительно поддернула рукава блузки. – Ты не бойся, больно не будет.

Ян хотел сказать, что больнее уже некуда, но передумал, просто закрыл глаза, как было велено.

У нее оказались сильные руки, сильные и нежные одновременно. И эти руки знали, что делали. Тина напевала что-то легкомысленное, а Ян с удивлением чувствовал, что боль отступает.

Он не знал, что можно делать массаж не только тела, но и головы. Думал, что голова – это такой орган, на который вообще трудно повлиять извне. А оказывается, все возможно. И не только возможно, но еще и чертовски приятно.

– Сколько тебе лет? – Голос Тины вывел его из блаженной расслабленности.

– Тридцать два. А что?

– У тебя остеохондроз. Слышишь, как хрустит?

Ну, было что-то такое, едва слышное похрустывание, и что?

– Это плохо. Мой дед говорил, что все проблемы от позвоночника.

Интересная мысль, под таким углом он вопрос как-то не рассматривал.

– У тебя, наверное, образ жизни сидячий.

– Вообще-то я два раза в неделю хожу в тренажерный зал. – Стало вдруг обидно, что эта малолетка записала его в старики. Остеохондроз – это ж стариковская болезнь, а он еще парень хоть куда. Был… до недавнего времени, до того как отважился узнать свой диагноз…

– Тренажеры – это не то. – Тина пробежалась пальцами по его позвоночнику, и в шее что-то угрожающе щелкнуло, Ян испуганно взвыл.

 – Больно? – спросила она удивленно. – Больно быть не должно.

– Да не больно, просто страшновато как-то. Ты там смотри шею мне не сверни. – Честно говоря, он уже пожалел, что доверился дилетантке. Пакт о ненападении – это хорошо, но мало ли что…

– Не сверну, – Тина обиженно фыркнула. – Не ты первый, не ты последний.

– Где массажу научилась? – спросил Ян, осторожно потирая загривок.

– Дед научил.

– Он у тебя костоправ?

– Не костоправ, а мануальщик.

К нему на прием за полгода записывались. Он даже безнадежных на ноги ставил.

– Так прямо и ставил? – Не то чтобы Ян хотел ее обидеть, просто было интересно узнать про ее уникального деда.

– Да, – сказала Тина убежденно. – Бывало, приезжали к деду на инвалидных колясках, а уходили на своих двоих.

– И он тебя всем премудростям обучил?

– Не всем, но многим.

– А почему не всем?

– Не успел, умер.

– Прости.