Хозяйка колодца

Ей понадобилось несколько месяцев, чтобы стать здесь своей, но за эти несколько месяцев она, кажется, повзрослела на несколько лет.

Какое-то время они шли в полной тишине, а потом Сотник вдруг сказал:

– А ведь механизм до сих пор работает.

– Какой механизм? – Марьяна от неожиданности сбилась с шага.

– Тот самый, который спускает воду с колодца.

– Этого не может быть, – она покачала головой. – Все давно сломано.

– А как же ваш сторож спустил воду? – спросил Морган.

– Он не спускал. Вода ушла сама.

– Откуда вам знать, вас же здесь еще не было?

– Зато были все остальные, свидетели. Они рассказали, что колодец заполнился водой почти сразу. – Ей не хотелось об этом говорить. Не сейчас, не посреди непроглядной ночи. – Наверное, это был последний раз, когда механизм сработал. Случайно сработал, я думаю, – добавила она.

– Сегодня он тоже сработал, – сказал Морган.

– Что? – Марьяна замерла, обернулась к нему.

– Сегодня днем мы хотели напиться из колодца. Мы рассказывали за ужином.

Да, что-то такое она припоминала. Они рассказывали…

– Но напиться нам не удалось. – Морган шагнул к ней, и серое пятно обрело наконец человеческие черты. – Как только мы сбросили в колодец ведро, вода начала уходить.

А ведь колодец совсем рядом. Если сейчас свернуть налево и пройти по вот этой тропинке…

– Эй, Марьяна, вы куда это? – Она уже шла к колодцу, когда услышала позади себя встревоженный голос Сотника.

– Хочу посмотреть. Убедиться.

– Обязательно ночью? То есть я хотел сказать, что ночью мы мало что сможем разглядеть. Если вам так уж хочется, то можно прийти утром. Хотя, сказать по правде, я не слишком хорошо понимаю, что интересного в пустом колодце.

– Я могу пойти одна, – бросила она, не оборачиваясь, – если вы боитесь.

– Кто боится?! – в один голос спросили Морган с Сотником.

– Мы, барышня, ничего не боимся.

– Меня не нужно провожать, я могу сама… – Она не договорила, замерла, до боли в пальцах сжав кулаки. – Вы ее видите? – сказала шепотом.

– Кого? – также шепотом спросил Сотник.

– Женщину. – А это уже Морган, спокойный, чуть насмешливый. Бесстрашный.

Серый, едва различимый силуэт был почти незаметен в темноте.