Алое на черном (сборник)

– Глаз-алмаз! – сказал Гальяно, мстительно усмехаясь.

– Это ты его? – спросил Дэн.

– А чем? – удивился Матвей.

– Вот этим. – Гальяно поддел ногой рассыпавшийся по полу картофель. – Хотел вороной, но решил, что у картошки убойная сила больше.

– Молодец! – Дэн похлопал его по плечу, и Гальяно тут же громко ойкнул.

– Больно?

– До свадьбы заживет, но законный повод наведаться в медпункт у меня есть. – Он морщился и улыбался одновременно.

– Кто про что, а вшивый про баню! – Матвей по мешкам с картошкой перебрался к Туче.

Туча сидел, прижавшись спиной к стене, баюкал пораненную руку.

– Покажи-ка!

Рана была довольно глубокой, кровоточила, заливая красным фирменную футболку Тучи. Матвей посмотрел на часы: до конца наказания оставалось еще сорок минут. Так, глядишь, Туча, чего доброго, кровью истечет. И ведь не поделаешь ничего!

– Ну, что там? – К ним перебрался Дэн, внимательно осмотрел сначала Тучину руку, потом футболку, сказал задумчиво: – Майке уже, наверное, все равно хана, а руку надо перевязать.

Туча молча кивнул.

Дэн перевязал рану быстро и ловко, может, не хуже медсестры Леночки.

– Свалили уроды! – Гальяно, запрокинув голову, всматривался в виднеющийся в окошке клочок неба. – Вы как хотите, пацаны, а я это безобразие терпеть не намерен.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался Матвей.

– Стенка на стенку мы с этими волчарами вряд ли справимся, – после недолгих раздумий заключил Гальяно. – Предлагаю отлавливать по одному.

– А если они нас… по одному? – Туча рассматривал свою забинтованную руку, на лице его читалась обреченность и покорность судьбе.

– А мы не будем ходить по одному! Мы же банда! С этими упырями нужно их же методами.

– С волками жить – по-волчьи выть, – усмехнулся Матвей. – Ладно, разберемся, нам бы пока выбраться на свет божий.

Дверь на волю отворилась, когда прошло ровно четыре часа, Суворов был пунктуален.

– Все, архаровцы, выходим!

Снаружи солнце светило уже вовсю. Матвей даже зажмурился, а когда открыл глаза, встретился с изумленным взглядом командира.

– А что это с тобой, Тучников? Что с рукой?

– А это на него ящик упал, – сообщил Гальяно, прижимая ладонь к боку и страдальчески морщась.

– А с тобой что?

– А я с ящика упал. – Гальяно задрал футболку, полюбовался наливающимся фиолетовым кровоподтеком.

– Какой ящик? – Суворов отодвинул Гальяно от двери, спустился в погреб.

Матвей одарил друга мрачным взглядом.