Внучка бабы Яги

У забора нерешительно переминалась с ноги на ногу подруга Стешенька. К нам она заходить опасалась. Напоследок одарив Ягу укоризненным взглядом, я отшвырнула полено и подошла к подруженьке.

– Поблагодарить тебя хочу, – начала Стеша после обязательных приветствий. – За Еремея пойду, родители уже сговорились…

– А я тут при чем? – растерянно спросила я.

В глаза мне подруга упорно не смотрела, да и радости в голосе особой не чувствовалось.

– Да ладно, я же все понимаю… Как приворожила, так и отворот сделала…

Ёжкин кот! Да кто ей только такую глупость в уста вложил? А спорить бесполезно.

– Я тут просить тебя хочу… – продолжала между тем гнуть свое Стеша. – Я теперь мужняя жена буду, в невестки иду…

– Поздравляю, – встряла я, с ужасом замечая, что со стороны забора кусты аккуратно раздвигаются и длинный тонкий нос муравьеда явственно принюхивается к моей собеседнице.

Только нападения нежити мне сейчас недоставало! Точно слухи пойдут, что соперницу извести зверями пыталась. Схватив подругу под руку, я потащила ее вдоль улицы, приговаривая:

– Пошли, по дороге договорим.

Стеша немного упиралась, но послушно семенила рядом, продолжая вещать:

– Буду в шестистенке с мужем жить, как сыр в масле кататься, и сундуки у меня с разными диковинками, что Еремей из странствий привез, вдоль стен стоять будут.

– Поздравляю. – Ничего больше мне на ум не приходило, я ежеминутно оглядывалась, нет ли погони.

– И не серчай на меня, Лутоня, но теперь с ведьмой дружбу водить мне совсем не с руки…

– Поздравляю! – Я оглянулась. Проще уж было сразу задом наперед идти… – Что?

Очень захотелось плакать, даже солоно во рту сделалось. Все мысли – про впавшую в детство бабулю, про опасность, идущую по следу, про обещание лешаку – вдруг испарились, оставив после себя звенящую пустоту. Дыхание остановилось. И только стук сердца, заполнивший, казалось, меня всю, говорил о том, что я еще жива.

– Ты только не лютуй! Я же не ведьмина внучка – мне жизнь строить надо. Я в девках уже заневестилась. Только пообещай, что в отместку мужа у меня уводить не будешь! – испуганно зачастила подруга, уже, видимо, бывшая.

– Обещаю, – сказала я помертвевшими губами, отпуская острый девичий локоток.