Тайна Олубару. Дети Бледной Собаки хранят свои тайны…

Художник был щедр: здесь же его рука изобразила хижины скотоводов. В шалашах проглядывались предметы домашнего обихода, корзины и сосуды из обожженной глины. Не обошел вниманием художник и прекрасную половину человечества: нарисовал женщину, которая держит за руку ребенка. Ее бедра прикрывала лишь крохотная плетеная юбочка, зато шею и грудь украшали многочисленные подвески, бусы и ожерелья. Должно быть, женщина была красива, от мочек ушей до щиколоток ног… Чем-то она напоминала мать Дэвида. Мать умерла, когда ему исполнилось десять лет.

Перед этим своим последним отъездом он, как всегда, навестил отца, Алекса Томпсона, давнего клиента частной психиатрической клиники. Расходы по содержанию тянули значительную долю бюджета Дэвида. Но другого выхода не было. Отец давно и безнадежно болел, так утверждали медики. Диагноз: маниакально-депрессивный синдром. Страшное дело…

– Куда ты едешь? – спросил тогда Алекс, вонзив в сына свои пронзительные бесконечно ясные голубые глаза.

Дэвид на свиданиях постоянно испытывал сомнения в диагнозе медиков. Ну не может человек с таким ясным взором быть сумасшедшим…

– В Африку, папа. Ты же знаешь.

– В Африку…

Африка была темой «сдвига», врачи советовали обходить ее стороной. Но Дэвид не мог. Это слово, возможно, и травмировало психику отца. Зато действовало на него как энергетик. Воспоминания моментально встряхивали его обычно вялое состояние. При упоминании об Африке отец становился как скоростной автомобиль, в котором повернули ключ зажигания…

…Машина все-таки нырнула глубоко вниз по бархану.

– Черт! – выругался Дэвид.

Эти двигающиеся как волны дюны! Говорят, они есть даже на Марсе. Нельзя, чтобы мысли обволакивали сознание и погружали в дремоту…

То и дело переключая передачу на переднюю ось, Дэвид проехал еще с полкилометра, замысловато виляя меж высоких дюн, пока, наконец, каким-то чутьем не выискал твердый грунт с куцым деревцем. Днем деревце давало жидкую тень, но и это в пустыне счастье.

Здесь Дэвид остановил джип. Отличное место для ночевки.

Он достал из багажника пластмассовый таз, налил туда немного воды из канистры, установил раскладной стул, разулся и окунул горячие ноги в воду. Вздохнул и опять задумался.

…Во время последнего визита Дэвида поразило, с каким хладнокровием, будто у собаки, медсестра принялась осматривать рот отца, проверяя, проглотил ли он очередную нейролептическую таблетку.