Городок Птичья гавань. Сказка о петушке, который научился летать

Кузя уважительно посмотрел на нарисованного гордого петуха с большим черным гребнем, вспомнил легенду: Долорес часто вместо колыбельной рассказывала ему, как жареный петух протестующе заголосил, когда судья велел казнить невинного человека…

Но, если честно, гетры и кепка заинтересовали Кузю куда больше, чем портрет.

От Долорес не ускользало ничего, поэтому она нахохлилась и сказала назидательным тоном:

– Петух из Барселуша – истинный герой Португалии! Тебе нужно выучить его биографию от момента, когда он вылупился из яйца до дня его героического поступка! – Долорес приложила платочек к намокшим глазам, вздохнула, – И уж извини, дружок, но отныне тебе придется оставить всякие глупости вроде футбола!

На этом месте Хосе и Мария недоуменно переглянулись.

– Да, да, оставить все – и заняться пением!

У Кузи вырвался возглас протеста, но неумолимая Долорес продолжала:

– Я уже договорилась с птичьей консерваторией о твоем прослушивании. Будешь готовиться к сдаче экзамена все лето. Экзамен осенью.

Последние слова Долорес произнесла, взяв Кузю за подбородок.

– Но бабушка…

Петушок взглянул в ее глаза и понял: сопротивление бесполезно.

– С завтрашнего дня начнешь заниматься вокалом с репетитором. Господин Гомеш любезно согласился…

– Но ему же сто лет в обед! – заикнулся Хосе.

– И он …фальшивит… от старости! – добавила Мария, – И совсем ничего не видит!

Долорес так посмотрела на родителей Кузи, что они тут же замолкли и сели за стол как паиньки на уроке.

– Настоящий маэстро не стареет! К тому же я наперед оплатила его уроки. Вот расписание.

Долорес вынула из кармана брюк (а эта дама была той еще модницей!) бумажку с графиком уроков, и Кузя засопел от возмущения: на футбол действительно не оставалось ни дня!

Все это время бабушка Леся с улыбкой смотрела на внука.

– Раз такое дело, мой подарок весьма кстати, – сказала она и протянула Кузе балалайку, – Обращайся с ней осторожно. У нее есть секрет, который ты обязательно узнаешь в нужный момент.

Кузя принял инструмент. Еще из скорлупы он любил слушать, как бабушка Леся наигрывала на балалайке и напевала украинские песенки. Став желторотым птенцом, он любил залезать под теплое крыло Леси, то самое, которым бабушка перебирала лады на грифе. Как же уютно сиделось там под бреньканье балалайки!

Но чтобы бабуля рассталась со своим дорогим инструментом – об этом Кузя даже не помышлял!

– Мама, ты уверена? – удивилась Мария.