Уездный детектив. Незваный, но желанный

– Понятно…

Я повторила манипуляции. Подождав, пока я отставлю посуду, Семен спросил с фальшивым дружелюбием:

– Стало быть, по факту у нас в приказе находится арестованная опиумщица, обвиняемая в убийстве госпожи Чиковой, и тело супруга последней?

– Именно. Мишкина в этом убийстве призналась, и как только будет возможно продолжить допросы, убийство Блохина…

– А Чиков?

– Что Чиков?

– Его застрелил некий мальчишка по фамилии Степанов из вашего револьвера?

– Да.

Смысл его вопросов от меня ускользал, потому что буквально пару минут назад я это все другими словами уже излагала.

Застрелил в целях самообороны, сам о том пока не знает. И никто не знает, кроме меня, Волкова и приказного извозчика, который тело в морг отвез.

Ноздри Семена Аристарховича гневно раздувались, а глаза метали молнии, я даже о страданиях в испуге позабыла.

– То есть… – начал шеф едко, но тут в дверь постучали, и он громко велел: – Войдите!

– Ваше превосходительство, – Давилов посторонился, впуская посетителя, – тут к ее высокоблагородию…

– Евангелина Романовна! – возник на пороге адвокат Хрущ.

 – Доброго вечерочка.

Цепкий его взгляд метнулся от меня к Семену.

– Невыразимо счастлив лицезреть, так сказать, воочию великого чародея. – Он поклонился. – Наслышан, наслышан. Весь Крыжовень новостями бурлит. Андрон Ипатьевич Хрущ, так сказать, адвокат, к услугам вашего превосходительства.

Крестовский кивнул и посмотрел на меня со значением, я привычно подхватила мяч.

– Присаживайтесь, – предложила гостю, указывая на свободное кресло.

 – Здравствуйте, драгоценный Андрон Ипатьевич. В каком качестве визитируете? Защитником убийцы или распорядителем похорон?

Посетитель поправил траурную повязку у локтя.

– Поверенным в делах господина Бобруйского, о покраже заявить явился.

– Что похищено? Когда? Кем? – изобразила я деловитость.

Адвокат сел вполоборота к столу, на колени его легла кожаная папка.

– Из конторского сейфа моего клиента деньги пропали. Сто тысяч рублей ассигнациями.

Когда, он не знает, с вересня в тот сейф не заглядывали, а нынче… – Он достал из папки стопочку бумаг. – Номера банковских билетов переписаны.

Я посмотрела на стопку. Адвокат продолжал:

– Подозревается в хищении господин Чиков Сергей Павлович.

Крестовский хмыкнул, я похолодела. Только что купец Бобруйский меня переиграл, даже напрягаться не пришлось. О смерти Чикова никто пока не знает, то есть кроме меня, Волкова, приказного извозчика и теперь шефа.