Сковородка судного дня

Но расслабляться, разумеется, рано. Этот волшебник уже заявил свои права на Адель, нисколько не считаясь с чувствами девушки.

Дверца секретарского кабинета хлопнула. Мармадюк нес в руках полдюжины бутылок и улыбался:

– Что ж, теперь, когда мы остались одни… – Он поставил ношу на столик, ловко хлопнул ладонью о донышко одной из бутылок, выбил пробку, разлил вино по бокалам. – За встречу? Панна Ясна знает толк в Ардерских винах.

– За что тебя сослали в этот мир? – спросил фахан.

– Меня? – удивился Мармадюк.

 – Ни малейшего представления не имею. С моей памятью что-то странное, тут помню, тут не помню. Например, знаю, что тебя зовут Караколь и ты, кажется… Нет, абсолютно точно, ненаследный принц нижнего мира. Крысиный принц. Это не в качестве оскорбления, просто такой факт. Может, если ты сообщишь мне мое имя…

Фахан не торопясь смаковал благородный напиток:

– Не вижу причин тебе помогать. Ты явился в мой город, устроил переполох, пристаешь к моей избраннице.

– Ревнуешь, что мои приставания гораздо действеннее твоих? Сколько ты прекрасную Моравянку обхаживал? Год? Полтора?

Караколь скрипнул зубами, но ответил с достоинством:

– Благородный мужчина не использует в любви принуждение.

– Но организовывает препятствия в деле, которым женщина занята? Подговаривает поставщиков, повышает налоги в надежде, что от безденежья и растерянности плод сам упадет в руки? Не волнуйся, пока Адель об этом не знает.

Покрасневший фахан сдержал вздох облегчения:

– Мои чувства к панне Моравянке искренни.

– Брось, ты точно так же, как и я, мечтаешь ее сожрать. Только, в отличие от меня, не сможешь.

– Дева, в чьей крови священный лотос, сама должна…

– Лотос? – перебил Мармадюк. – Разве не эдельвейс?

– Светлейшая леди Алистер напоила ее росой цветка из своего пруда.

Черные глаза мага хитро блеснули:

– Неважно. Главное, что девушка достанется мне до последней крошки. И тогда я вспомню все и верну то, что у меня отняли.

Караколь поморщился. Это был тот Мармадюк, которого он знал. Жадный, беспринципный, скрывающий за легкомысленной бесшабашностью хитрый расчет. Он действительно не помнит или лжет? Не важно. Драгоценная Адель очень скоро украсит мерзавца волшебным браслетом, и тогда Мармадюк будет делать то, что ему велят.

Маг распечатал вторую бутылку:

– Может, не сейчас, не скоро, а через несколько лет или даже несколько десятков лет.