Только для посвященных

– Я найду тебе новую, – виновато прошептал Глеб. – Только не плачь, прошу.

– Я не хочу новую! Я хочу эту! – Галя резко отстранилась, указала пальцем на осколки. Снова уткнулась носом в плечо мужа и расплакалась пуще прежнего. Конечно, дело не только в сувенире. Галя чувствовала, что Глеб отдаляется от нее. Что-то угнетает его, но он отказывается делиться с ней своими проблемами. С каждым днем он становится все более чужим. И она не может этого изменить. Цепляется за него изо всех сил, но делает только хуже, раздражая мужа своей навязчивостью.

А как бездействовать, когда семья трещит по швам? Вероятно, Глеб встретил другую женщину и боится в этом признаться. Все-таки он испытывает к ней, Гале, нежные чувства и не хочет ее ранить.

Она подняла заплаканное лицо:

– Скажи, между нами все кончено?

Глеб нахмурил брови:

– Это вопрос или утверждение? Хотя без разницы. Запомни: между нами ничего не кончено, и никогда не будет кончено. Я не уйду и тебя не отпущу. Тебе трудно со мной, я в последнее время взвинченный.

Но я исправлюсь. Обещаю. Период непростой, но он закончится.

– Я так надеялась вчера на романтический вечер…

Глеб смотрел в ее родные покрасневшие глаза и почти физически ощущал острую щемящую нежность. Было так стыдно за свою выходку, что хотелось причинить себе боль. Кретин. Сосредоточился на своих переживаниях и не заметил, что заставляет страдать любимую женщину. Бедная. Извелась совсем.

Он подхватил ее на руки и направился в спальню, виртуозно обогнув препятствия.

Положил драгоценную ношу на кровать и принялся целовать ее мокрые щеки, губы, глаза…

Сейчас

Госпожа Велецкая сидела в кресле, подперев голову рукой, и без интереса наблюдала, как горничная Саша домывает полы в гостиной. Саша появлялась два раза в неделю – за три дня успевало накопиться достаточно пыли. Но сейчас дети уехали, муж допоздна торчал на работе и порой, чтобы сэкономить время, ночевал в городской квартире. Так что порядок в доме никто не нарушал, сорить было некому.

Надо сказать горничной, чтобы приходила раз в неделю. Этого хватит.

Велецкая никогда не отличалась жизнерадостным характером, но пока дети были рядом, старалась поддерживать реноме заботливой активной матери. Конечно, нынешнее поколение куда умнее предыдущего, их не обманешь натянутой улыбкой, они живо чувствуют фальшь. Впрочем, меланхолия матери их давно не беспокоила – они привыкли и уже не обращали на это никакого внимания.