Тауэрэл. Наваждение Ворона

Данте грустно улыбнулся её жесту и принял протянутое ему яблоко с лёгким поклоном, отчего Виола захихикала.

– Ты чего? – удивился он её веселью.

– Ну ты даёшь… Это же всего лишь яблоко. Причём украденное из твоего же сада. А ты кланяешься за него.

Как только до него дошло сказанное Виолой, он и сам присоединился к её заразительному смеху. Незадачливость их знакомства постепенно отошла на второй план, а через пару часов они оба обсохли и наелись вдоволь плодов из сумки девочки, разговаривая на темы интересные только детям их возраста.

То обсуждая неудобство высоких лошадей, то высокомерие взрослых, то неприязнь к чистоте и порядку. За этими насущными проблемами они не заметили, как солнце начало медленно садиться за горизонт, окрашивая багровой краской небосвод. Только голос брата, донёсшийся из сада, напомнил детям о времени, проведённом на выступе.

– Данте! – прокричал тот.

– Ой… Это Димитрий. – взволнованно пояснил мальчик своей новой подруге.

– Твой брат? – усмехнулась она.

– Ну да.

Тихо. Не привлекай его внимание!

Виола только хитро прищурилась и во всё горло провозгласила:

– Он здесь!

Данте оторопел от такого предательства с её стороны. Он, не моргая уставился на девочку, которая ехидно улыбалась ему в ответ.

Не прошло и минуты, как Димитрий вышел из-за кустарников, и предстал перед ними во всей своей четырнадцатилетней красе. Высокий и крепкий, одетый как истинный наследник Лорда и опрятный не по годам, он смерил детей вопросительным взглядом перед тем, как произнести:

– Мать места себе не находит от беспокойства.

Тебе пора назад.

– Но Димитрий… – постарался возразить мальчик.

– Никаких «но»! На сегодня хватит одного разозлённого родителя.

Данте с грустью взглянул на всё ещё улыбающуюся девочку и испустил огорчённый вздох. Ему так не хотелось прощаться. Ведь она была первой, кого он мог назвать другом. Такая храбрая. Такая весёлая. Такая… другая.

– А можно Виола будет жить у нас? – неожиданно даже для самого себя выпалил он.

– Я же сказал. Отец в гневе. Лучше не испытывать его терпение.

– Ну я же в этом не виноват! Ты его разозлил!

– Данте! – прикрикнул Димитрий, что было необычно для собранного и серьёзного старшего брата. – Прекрати вести себя как дитя! Прощайся со своей подругой и марш в замок!

Тень грусти коснулась лица Виолы, но она не поддалась унынию, а только поднялась с земли и отряхнула колени. В отличие от Данте она знала – шестилетняя попрошайка никому не нужна.