Посланник из Райского сада

Она прицельно окинула его взглядом с ног до головы – а почему бы и нет?

Молодой человек, примерно тридцати лет, был высок и красиво сложен. Темные волосы, карие глаза, прямой нос – это как раз то, что в большей степени соответствовало ее вкусу.

Скулы, правда, были у него широковаты, но высокий открытый лоб компенсировал этот едва заметный недостаток на его лице.

– Что ж, видно придется отвечать за нанесенный урон. – Сказала Серафима и развела руки, в знак того, что с этим нельзя не согласиться.

– Ну тогда, может, начнем с совместного купания? – обрадовался Богдан, и склонившись, взял ее за руку.

– И что же вы хотите компенсировать совместным купанием, услугу за раздавленные очки или моральный аспект своего «Я»?

– Думаю, второе. Потому, что жара еще больше усиливает мой душевный дисбаланс.

– Ну, если вшей душе нужно немедленно остудиться, то придется искупаться в одиночку, ведь я только что из воды.

– Нет, нет! – запротестовал Богдан. – Думаю, душа еще немного подождет!

Он опустился на песок рядом с Серафимой. Так начался их роман.

Богдан был геодезистом и находился в Ялте в двухмесячной командировке.

– Ничего себе, хорошая у тебя работа! – завидовала ему Серафима. – Два месяца в Ялте, да еще в самый разгар сезона.

– А как тебе моя перспективка на следующий сезон? – Три месяца в Ханты- Мансийском автономном округе!

– Н –да! – ухмыльнулась Серафима.

Он засмеялся и нежно поцеловал ее в шею.

– Не знаю, сможет ли она оказаться более страстной, чем ты, но имени такого у нее точно не будет!

Серафима приподнялась с подушки и, облокотившись на локоть, заглянула ему в глаза.

– И ты сможешь меня забыть всего через год? – возмущенно воскликнула она.

– Забыть тебя?! – Богдан шутовски приложил руку к сердцу и отрицательно замотал головой.

– Ни за что! Я вообще никогда ничего не забываю.

– Правда?

– Правда!

– Значит, ты помнишь всех девиц, которым вскружил голову в разных концах нашей необъятной родины?

– Не всех, только самых самых!

– Ах, вот как!

– Угу! – и Богдан потянулся к ее губам.

Серафима нежно его обняла.