Отравленное золото. Первые звоночки

В Питере Злате удалось устроиться в компанию средней руки, очень похожую на ту, в которой она работала в своем городе, на должность с такими же обязанностями. Не восторг, но зарплата была повыше, чем там, дома. Однако такая работа ей давно наскучила – она оставила родной город не для того, чтобы ходить по кругу.

Через год удалось найти довольно интересную по ее меркам работу – компания занималась проектированием умных домов. Конечно, делать рекламу такого продукта было куда занятнее, чем изобретать креативы для очередной доставки еды.

Злата не жалела времени и сил, чтобы освоить новое поле деятельности. Она с удовольствием изучала индустрию, посещала конференции и семинары, разбиралась в марках нишевой бытовой техники и особенностях электронной начинки помещений. Она разрабатывала идеи, готовила рекламные кампании и, в целом, была довольна собой, работой и жизнью. Руководство было к ней благосклонно, директор редко делал ей замечания, и хотя коллектив был преимущественно мужской, ей в этой компании нравилось.

Она понимала, что выше своей должности здесь ей расти некуда, однако планировала задержаться подольше в этом технологическом раю, но однажды, проходя мимо офисной кухни, где обедали два проектировщика, она ненароком услышала их разговор и уже никак не могла перестать слушать. Мужчины говорили о ней, говорили обидное:

– …Да и вообще, какая-то она несерьезная. Я вот на нее смотрю и вижу только глазищи ее серые, губы эти вишенкой да волосы, как у Барби, – Станислав Сергеевич, тучный начальник отдела проектирования, пережевывал внешность Златы вместе с огромным бутербродом.

– Барби – платиновая блондинка, а Злата – пшеничная. Да еще и кудри у нее пушистые: у Барби таких не делают, – ответил его молодой подчиненный Андрей.

– А ты что ли знаток? – посмотрел исподлобья начальник.

– Да нет, конечно… – смешался Андрей. – Просто у меня сестра все сорта блонда на себе испробовала, а я в детстве столько голов этим ее Барбям пооткрутил… – он описал глазами внушительную дугу.

Внутренний голос уже почти уговорил Злату покинуть шпионское укрытие и пойти по своим делам, а с этими двоими выяснить отношения при случае, как вдруг Станислав Сергеевич с презрением бросил:

– Да какая разница – платиновая или пшеничная? Кукла она и есть кукла. Лахудра пустоголовая.