Осколки реальностей. Среди теней

До тех пор, пока есть мы, не будут захватывать других. Ведь им не нужны были земли, им была нужна рабочая сила. И мы работали. И продолжаем. Голова кружится. Нельзя. Нельзя!

Нельзя!!!

– Эй, друг, погоди-погоди, не умирай прямо здесь! – кто-то подхватил меня за руку, не дав завалиться тут же, у ручки насоса. – Потерпи еще чуть-чуть, пожалуйста.

Перед глазами мельтешили рыжие волосы. По голосу – парень. Чуть младше меня, даже. Если я правильно осознаю. Сложно думать. Но падать уже не хочется. Иначе будет плохо.

Еще не знаю как, но знаю, что точно будет.

– Спасибо. – сиплю в ответ.

Я стараюсь обычно не разговаривать с остальными. И так тошно. Но тут в глаза бросается алый круг на черном полотне. Но ведь…

– Ты механик? – слова вырываются сами собой.

– Конечно, друг! – весело улыбается он. И это кажется мне таким абсурдным – улыбаться здесь, сейчас. – Как и ты. Только я из южных. А ты, посмотрю, снеговичок у нас, да? Волосы правда серые-бурые сейчас, но если отмыть, то я уверен – будут великолепно снежными.

Меня, кстати, Зариан зовут. Можно просто Зар.

– Аисфайр. – и собственное имя кажется мне чужим.

– Ок, Аи, не боись, скоро все кончится! – уверенным шепотом говорит он мне.

А я смотрю на него, такого живого, веселого, в чем-то уверенного, и боюсь. боюсь, что этот мальчишка скоро сгорит. Как сгорели все мы. Ведь правда, поначалу злились, боролись, пытались. А потом просто сгорели. И осыпались грязно-серым пеплом. А этот рыжий зеленоглазый мальчишка так просто, как будто не боится, улыбается, болтает, о, очень много болтает, и живет.

А здесь жить нельзя. Запрещено.

Но Зар улыбается. И только потом я понимаю, что ни он, ни я, не работаем. И к нам еще никто не подошел. И в то мгновение, как мой мозг осознает это, мир вокруг взрывается. И я тоже чувствую себя живым, потому что – не знаю сам даже как – нахожусь среди своей стихии. Я механик, я чувствую холодный металл и живой огонь. И пальцы оживают. Дар, призвание, оно ведь никуда не ушло! Вот оно! Тут! Надо только поверить!

И в какой-то момент все наполняется людьми.

Зар смеется и тянет меня в один из Мехов, невесть как тут оказавшихся. Мех живет, все его шестеренки подогнаны плотно и взаимодействуют так красиво, что мне хочется плакать. Я соскучился. Это – мое. Оживлять механизм, наполнять холодный металл огнем, подружиться с ним, стать его частью.

И в порыве эйфории я не замечаю, как в нас летит кнут Надзирателя.

Стены уже пробиты, путь наружу свободен.