Распыление 4. Британский гамбит, или Дело Тёмного Лорда

– Пётр Петрович, стало быть, – учитель пододвинул мальчишке большую чашку, в которую плеснул чуточку кофе и большую порцию подогретого молока.

Подал сахарницу – здесь, в Англии, сахар был не как у нас, а кусочками. Даже щипчики специальные имелись – для того, чтобы кусочки эти в чашку кидать.

Мальчишка стесняться не стал. Навалил с десяток кусков, шумно помешал ложечкой, отхлебнул…

– Это хорошо, что вы меня сами позвали, – наконец сказал он.

– Почему?

К детям я относился с опаской.

– Потому что я всё видел, – заявил пацан.

– И что же ты видел? – спокойно спросил Лумумба.

– А всё, – ёмко обрисовал пацан. – Только запросто так я ничего не скажу.

– И что же ты хочешь?

– Чтобы меня в штат приняли. На полное довольствие и зарплату.

– Экий ты, меркантильный… – вырвалось у меня. – Детям работать не положено.

– В Англии – положено, – по-взрослому сказал мальчишка. – Хочешь жить – умей вертеться. А я мотоцикл купить хочу. На бензиновом ходу.

– Мал ты ещё для мотоцикла, – заметил я.

– Дак и стоит он немало, – вздохнул сын конюха. – Аккурат к шестнадцати и накоплю…

– Дальновидно, – похвалил Лумумба и вытащил из жилетного кармашка золотой рубль. Аккуратно положил на стол, пододвинул Петьке. – Если не врёшь – буду платить по денежке в день.

– Урра! – мальчишка протянул хищную лапку, но учитель быстро накрыл её своей рукой.

– Один момент, – веско сказал он. – Разрешение требуется. От отца.

– А это – пожалуйста, – Петька равнодушно пожал плечами, но руку от монетки убрал. – Пойдёте на Бромтонское кладбище, там отыщете могилку – свежая она, не ошибётесь. Поднимете папу моего – и спрашивайте, сколько влезет. Он у меня добрый, против не будет.

Я так и застыл с не донесенной до рта кружкой – кофейных чашечек Лумумба принципиально не признавал, в чём я его от всей души поддерживал.

Учитель был озадачен не меньше моего.

– Могилка? – переспросил он. – А кто же нас тогда сегодня со станции вёз?

– Чего не знаю, того не знаю, – покачал головой Петька. – Кэбмен какой-то. Я думал, вы его у станции наняли…

– А батя твой когда помер? – вежливо спросил я.

– Неделю тому. Игнат Степанович денег на похороны дали. Место на кладбище выбили… Депешу на родину отправили. Я и письмо с соболезнованиями получил.