Распыление. Дело о Бабе-Яге

Ну, и мамке в деревню денег пошлю – пусть крышу на хате перекроет. Братишкам гостинцы, опять же.

– У тебя семья есть?

– А как же. Маманя и два братца-акробатца. Петька с Арменом.

– А чего имена такие?

– Отцы разные. Мамка моя – женщина видная и не старая еще. Как батя погиб, её армянин замуж взял. Хороший мужик был, хозяйственный. Тоже помер. Оба мужа по пыльной дорожке пошли.

– Так оно и бывает, – кивнул Таракан. – Разок вмазался – пиши пропало. Всё одно: спылишся.

– Ну, не скажи… – мотнул вихрами Обрез.

 – Маги вон, Пыльцу ведрами жрут.

– Так-то оно так, – кивнул Таракан. – Да только не попробуешь – не узнаешь, пластинка ты долгоиграющая, или вошь подноготная.

Мы дружно вздохнули… Исполнить все свои мечты. Я, например, всегда мечтала стать такой же красивой как Ласточка. Или Мадам Елена.

Да только я в магическое счастье не верю. Помню, как от отца среди ночи бежать пришлось, я тогда совсем маленькая была. Ну, честно говоря, настоящей-то памяти нет, только вспышки: чудовища с щупальцами, темнота, холод, страх…

– Драконы по ночам спят, – сказал Таракан.

 – Слепые они, как индюшата. Так что к утру мы должны тут окопаться. – он обвел взглядом обширную поляну, найденную нами невдалеке от табора.

Вокруг был лес. Одичавшие яблони да черешни, меж ними – густой малинник. Раньше, до Распыления, здесь колхозные сады были.

– Корову привязывай у опушки, под деревьями, – руководил он, показывая, где именно должна быть корова. – Вокруг зароем снаряды, сами заляжем на другой стороне, за деревьями.

Драконы, почуяв корову, прилетят, но с воздуха её взять не смогут – ветки помешают. Им придется сесть, тут-то мы и подорвем фугасы.

– А ты уверен, что они прилетят? – спросила я.

– Сейчас они голодные. Фуражу Хрон не дал, а сами они пока не охотились – скот по деревням целый. Услышат поутру, как коровка наша мычит – она ж доиться захочет – и прилетят, как миленькие.

Я погладила Буренку по теплой шее. Жалко её. Если цела останется – домой заберу.

Близняшкам молока попить полезно будет. Невольно хихикнула. Картина маслом: Ласточка, вся из себя расфуфыренная, с прической и в боевой раскраске, доит корову…

– Ты говорил, драконов Мать на поводках держит.

– Не боись. На счет этого предусмотрен отвлекающий маневр, – видно было, что Таракан уже устал от моих вопросов. – Сорвутся, как миленькие.

– А мне что делать? – я зевнула и посмотрела на часы. Начало первого.

– Как что? – удивился Таракан.