Кибердемоны. Призрак

Гостиная отличалась от остальной квартиры, как помойка от регулярного английского парка. Здесь будто прошелся смерч. По понятиям Платона, разумеется. Одна из книг, настоящих бумажных раритетов, была чуть сдвинута по отношению к другим на полке. Журнальный столик – не параллельно дивану, а едва заметно скособочен. Складки на тяжелых коричневых портьерах колышутся…

Мирон похолодел. Вновь показалось, что в углу, за шторой, кто-то стоит. Он четко видел оплывший силуэт. Шеи нет, голова сразу переходит в покатые, будто из подтаявшего пластилина, плечи…

Взяв в качестве оружия тяжелый металлический табурет – ножек было всего три – и выставив его перед собой, он отдернул штору.

Громадное, во всю стену окно матово поблёскивало в свете натриевых ламп, расположенных по периметру здания. На узком, не более десяти сантиметров карнизе, в свежем, похожим на ледяную крошку снегу, четко отпечатались большие следы…

Отставив табурет, Мирон подошел вплотную к окну. Приложив ладони к стеклу, попытался рассмотреть рубчатые, как от верхолазных ботинок, отпечатки.

Задрав голову, пройдясь взглядом по всей раме окна, Мирон не нашел замка. Ни шпингалета, ни ручки… Окно было цельнолитым, врезанным в пенобетонную стену. Его невозможно было открыть.

Тогда он вгляделся в пропасть под ногами – будто надеялся разглядеть там, далеко внизу, распростёртое тело. Густые клубы смога, повисшие где-то на уровне сорокового этажа, скрывали улицу надежно, как погребальный саван.

Мирон отвернулся от окна и наглухо задернул штору. Ванна давно должна была открыться, а Платон, с его маниакальной озабоченностью чистотой, плескаться в душе.

Душевая была пуста и суха, как пустыня, пятьдесят лет не видевшая дождя. Верхняя панель Ванны не сдвинута ни на миллиметр.

Начиная нервничать, Мирон набрал код экстренного доступа.

Раздался мелодичный сигнал, крышка беззвучно отошла в сторону и он нетерпеливо вгляделся в темноту внутренней капсулы.

Ванна была пуста.

2

И как этой хренью пользоваться?

Ванна была не просто пуста. Она была суха так же, как и душевая, как и чертова раковина из нержавейки на кухне. Никаких следов биогеля, ни намёка на то, что ею пользовались в последние дни.

Сдвинув крышку панели управления, Мирон по памяти набрал код – последовательность Фибоначчи, числа с двадцатого по двадцать второе.