Кибердемоны. Призрак

– Высокомолекулярный сапфир, – небрежно пояснил СБ-шник, пока Мирон, взяв карточку и прикоснувшись к одной из граней, с удивлением смотрел на палец. На подушечке выступила густая капля крови. – Не горит, не тонет, его невозможно раздавить или сломать. Здесь деньги, контакты с нужными лицами, почти неограниченный доступ к возможностям Технозон… Словом, Власть. Отнеситесь к ней осторожно. Края очень острые.

– И как этой хренью пользоваться?

Мирон вспомнил статью о карманных воришках прошлого века.

Из тех времен, когда люди еще носили кошельки, бумажники и другие громоздкие вещи при себе… Так вот, воришки резали сумки остро заточенными бритвами. Там была даже фотография: тонкий плоский прямоугольник, который можно спрятать между пальцев.

Эта синеватая пластинка была сродни бритве. Притягивала и отталкивала одновременно…

Михаил положил на стол конверт из толстой натуральной замши – стоил он, наверное, столько же, сколько все шмотки Мирона, вместе взятые. А может и побольше.

– Храните её в этом, – прижав пальцами, он пододвинул к нему и конверт и карточку. – И не светите без особой необходимости, – он помолчал. – Но, если уж таковая возникнет – не стесняйтесь.

Надев шляпу, СБ-шник двинулся к выходу, но у двери остановился.

– Мы пришлём всё, что посчитаем возможным вам сообщить.

Свою чашку он не потрудился даже поставить в раковину и Мирон, просидев секунд тридцать, как на иголках, чертыхнулся и встал. Отнёс обе чашки в мойку – свой кофе он уже допил.

Включил воду. Хрустальная колонна щедро ударила в дно раковины и он поспешно прикрутил кран до экономной струйки. Вода была прозрачной, не пахла хлоркой и другими очистителями.

Повинуясь порыву, Мирон слизнул каплю с ладони. Такой чистоты и свежести он не испытывал уже давно – даже в той бутилированной, якобы безопасной дряни, что он покупал в Улье, всегда присутствовал еле заметный намёк на дезинфекцию…

Эту воду доставляли ПРЯМО из какого-то природного источника.

Артезиана или озера – она не была рециркулированной.

Мирон еще раз мысленно пересмотрел стоимость жилья Платона – прибавил очередной нолик.

Вымыв посуду, он вновь взгромоздился на табурет и взял в руки замшевый конверт. Пальцы щекотнуло приятной шершавостью, а запах… Он поднес конверт к лицу и глубоко вдохнул. Запах был почти живым. Кожа, мускус, немного пота, отголоски парфюма… К краю конверта прилипла крошка табака.