Оbearнись

Да и вообще, если буду двигаться в пределах запланированного километража, вчерашний день не в счет, то по моим подсчетам к морю я выйду через дней девять-десять. Непонятно, где именно, но, надеюсь, примерно в тридцати-пятидесяти километрах от ближайшего населенного пункта. То есть, вопрос пропитания стоит достаточно остро. И хотя человек может обходиться без воды четверо суток, как нас учили в школе, без воздуха (не дай бог) четыре минуты, а без пищи четыре недели, я бы не хотела знать, на что способен конкретно мой организм.

Ведь в пору активного похудения успела испытать все прелести головокружения и неимоверной легкости, просто невесомости тела, а также упадок сил.

Чай был согрет и плотно закупорен. Я отлила немного в крышку, накипятила еще воды и заполнила емкость под горлышко, чтобы по максимуму использовать порцию заварки. Потом полезла за пакетом и, развернув еду, поняла, что вот-вот накинусь на нее и съем все до крошки. Только неимоверным усилием, помноженным на стальную волю и отрезвляющий удар по руке, я съела положенное, правда, умяв и конфету с орешком в расчете поставить на сегодня на этом точку в своих гастрономических излишествах.

Жальче всего мне было лиса, который, хоть я и села спиной к выходу, чтобы его не дразнить, упорно буравил меня желтыми глазенками и нетерпеливо бегал вокруг, не решаясь все же в меня ткнуться. Нет, милый, прости, не могу. Ты еще найдешь себе мышку или зайца, а я рассчитываю только на то, что имею в этом драгоценном пакете.

Следующий вопрос, который мне предстояло решить до отправления в путь, что делать с огнем.

У меня еще осталось сколько-то там газа в зажигалке, но становилось ясно, что надолго его не хватит, и вскоре – завтра или послезавтра – вопрос сохранения огня будет для меня самым важным. Ладно, сейчас еще рано об этом думать, порешала я, сворачивая пакеты, один из которых здорово потрепал ветер, поверх остального имущества. К книге я даже не притрагивалась, не до духовной пищи, когда желудок прилип к спине.

Лис долго шел за мной, я бы даже могла подумать, из надежды поживиться, но скорее всего ему тоже было здесь одиноко, и он впервые узрел в своих угодьях двуногое чудовище с длинными ресницами, цветными когтями и вонючими сальными патлами, собранными в гнездо. Почесываясь на ходу в местах укусов и признавая, что не пахни я как лесной житель, их было бы гораздо больше, я, спотыкаясь, шла по-прежнему вдоль ручья, только в противоположную, чем вчера, сторону.