Сон

Мне с трудом удается держать глаза открытыми, потому что от этих приятных касаний хочется прикрыть веки и просто наслаждаться моментом.

– Мороженое! Кому мороженое? – крик женщины разрушает волшебный миг.

Я в ту же секунду отстраняю свое лицо и устремляю взгляд на водную гладь, пытаясь унять бешенный ритм своего сердца, которое лихорадочно отстукивает в груди.

– Я дам тебе время подумать, – говорит Руслан, затем поднимается на ноги и уходит, а потом возвращается и вручает мне рожок ванильного мороженого.

Как же хочется, чтобы наши отношения тоже были такими же вкусными и сладкими, как это лакомство. Эх, мечты!

«А вдруг получится», – шепчет внутренний голос, пытаясь заглушить все доводы разума.

***

С каждым эпизодом фильма «Временные трудности» ненависть к отцу Саши Ковалёва нарастает во мне с такой силой, что пластиковая бутылка Coca-Cola в руке со специфическим звуком теряет былую форму.

– Полегче, Кошка! – смеясь, говорит Сеня и, обняв за плечи, привлекает к себе.

– Да бесит меня этот папаша-тиран, – со злостью цежу сквозь зубы.

Выходные я решила провести у брата. Тем более мама сегодня на ночном дежурстве, а отчим однозначно напьется. Смотреть на его пьяную рожу мне совсем не хочется.

– А наш отец? – брат замолкает, понимая, что ступил на скользкую поверхность, вспоминая нашего родителя. – Он тебя бесит или ты его ненавидишь?

Отодвинувшись от брата, поворачиваю голову и смотрю на него непонимающим видом. Почему он вдруг вспомнил об отце? Я даже не припоминаю ни одного нашего разговора о нем? Пытаясь перебрать воспоминания, где он когда-нибудь упоминал об отце, но их нет.

– Слышать о нем не хочу, – раздраженно отвечаю, понимая, что брат ждет моего ответа и возвращаюсь в прежнюю позицию. – И видеть тоже.

– Я встретился с ним, когда был в командировке.

Вся сжимаюсь, чувствуя, как превращаюсь в колючий комок.

– Случайно, – продолжает брат, не услышав от меня комментария на предыдущую реплику.

При слове семья сердце начинает болезненно ныть. А мы не семья? Его родные дети не семья? Развелся и исчез словно нас никогда не существовало для него. Подлый трус!

Прошло одиннадцать лет, а от него даже весточки нет. Он понятия не имеет как росли его сын и дочь, кем они стали и как живут сейчас.