Я знаю вашу тайну

Аркадий подмигнул:

– Вечная любовь не плавится даже при двухстах семидесяти трёх градусах по Цельсию, красотка! Не переживай из-за девушки.

– Ага, ты меня успокоил. Я так и поняла, что вечная любовь мужчины – не вошь из гривы лошадиной. Пойдём отсюда! – зло прошипела я, а оборотень едва не захлебнулся сдавленным хохотом.

Но может и хорошо, что так вышло: появился повод пройти к месту преступления. Только смываться пришлось, очень быстро и прячась за спину Аркадия. Нелепая ситуация! Ну, в самом деле, что я скажу, когда увижу Константина с той девушкой? Привет, как дела? Как вам погодка?

Бред! Абсурд! Дикость!

Через пять минут мы были на безопасном расстоянии, и можно было расслабиться, дышать полной грудью.

Воздух пах сухостью и мёртвой листвой. Она противно шуршала под ногами, словно я, наступая, выдавливала из неё предсмертный всхлип. А ведь кому-то осень кажется яркой и необыкновенной.

– Ты посмотри-ка куда пришли! – Аркадий показывал рукой на восьмигранную площадку посередине парка.

 – Я новости вчера смотрел. В них напомнили о том, что случилось месяц назад. Вон та сосна, там кусты, а вот приметная статуя. Может, пойдём отсюда? Тебе, наверное, неприятно тут находиться.

Наблюдательный какой! И памятливый! Вчера посмотрел – сегодня поделился знаниями, пока они не стёрлись!

Мама говорит, что хорошая память – это талант держаться в рамках не чужого списка происшествий, а своего. Стая – общий организм. Список проблем стаи расширился ровно в тот момент, как я стала свидетелем убийства.

Потому немудрено, что наш разговор вдруг съехал в данном направлении.

– Да. Точно! – трогая рукой мраморные складки платья безголовой статуи, произнесла я. – В воспоминаниях всё иначе выглядит. Мне не страшно – давно же было…

Мне и действительно было спокойно, а вот Трусиха посылала мне крайне неприятные импульсы. Но я решила настоять на своём и всё осмотреть. Что я собиралась искать, сама не знала. Мне казалось, что должно было остаться что-то необычное – улика, которую никто за улику не воспринимал.

Утренняя картина, в которой Тим готовил кофе, а я расставляла на столе вазочки со сладостями и бутерброды, чтобы сытыми встретить следователя, снова всплыла в голове. М-да. Пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы посчитать наши совместные завтраки с момента его возвращения от дальних родственников, у которых жил, почти полгода. Он не рассказывал из-за чего резко сменил адрес проживания, мы с девчонками особенно и не допытывались.