Капкан

Набираю в ванну тёплую воду и зову ее купаться. Последнее испытание на сегодняшний день. На удивление, она сразу соглашается. А когда сестрёнка начинает раскидывать во все стороны мыльную пену – я понимаю, откуда взялся этот энтузиазм. Видимо, усталость, накопленная за день, а может, непосредственная детская радость так заворожила меня, что я разрешаю ей это баловство. Прислоняюсь к стене и просто наблюдаю за ней. Набирает в маленькие ладошки пену и дует, а затем снова этот смех: звонкий, задорный и искренний.

– Что здесь происходит? – строгий голос тёти разрушает волшебный момент.

Я вздрагиваю от неожиданности. Лина садится и исподлобья смотрит на свою мать.

– Безобразие! – возмущается Таня.

Перевожу взгляд от матери к дочке. Впервые вижу свою тетю такой злой. Не вижу причин для этого.

– Лина купается, – спокойно говорю ей.

– Я вижу, как она купается. Неужели нельзя нормально помыть ребёнка, – ворчит Таня и недовольная выходит из ванной.

Несколько секунд мы смотрим с сестрёнкой друг на друга.

От её радости не осталось и следа. Мне даже становится обидно за неё, но я всего лишь гостья, поэтому не могу говорить, что хорошо, а что плохо для ребёнка.

– Давай мыться, – беру мочалку и выдавливаю на неё детский гель.

Я успеваю только намылить Лине руки. Возвращается тётя и отбирает у меня губку.

– Я сама, – начинает мыть дочь, – иди накрой на стол.

Послушно иду на кухню и готовлю ужин.

Спустя примерно час, тётя присоединяется ко мне на кухне. За это время она успела искупать и уложить Лину спать.

– Впредь, чтобы такого не повторялось, – сходу отчитывает меня.

Минут двадцать я выслушиваю её нравоучения о воспитании детей, о том, что их нужно держать в строгости, и необходимо следовать чёткому распорядку дня.

– Запомни! Дети – это не игрушки, с которыми можно поиграть и выбросить. Хотя, кому я это говорю, – напоследок говорит родственница, окидывая меня пренебрежительным взглядом, и выходит из кухни.

Закрываю глаза и сжимаю кулаки. Я знала, что в мой адрес будет сказано нечто подобное.

Знала! Стараясь успокоиться, медленно дышу через нос. Даже не знаю, что хуже: язвительные слова маминой сестры или побои отца. Иногда, слова калечат человека сильнее, чем удары. Если ссадины со временем заживают, то слова навсегда остаются в памяти и разъедают тебя изнутри.

***

Я лечу в огромную пропасть. Мне очень страшно.

– Боже, помоги мне. Прошу тебя, не оставляй меня, – бормочу я и просыпаюсь.

На щеках слёзы.