Пиратка

Вероятно, частые «тренировки» с другими девушками помогали улучшать качество и проникновенность сего действа. Жаль, но я не исключение и попалась на уловку. На какое-то время потеряла чувство реальности, а значит, упустила момент для нападения моего насекомого.

Когда синеокий оторвался от моих губ, горизонт был чист от живности, я – пьяна от поцелуя, а мир вокруг казался неполноценным. Тряхнула головой, чтобы прийти в себя и увидела вдалеке их… Несколько человек в белых одеждах. Это моя тайна и всем остальным там места нет.

Бросила взор на довольного Яна, который разворачивался лицом к пустыне. Еще мгновение и он увидит тех людей. Допустить это – лишиться покоя и сна. Снова попасть в бездну боли, страха и пограничного состояния между реальностью и выдумкой. Только спасителя, которым стал тогда Стас, нет, и никто не скажет мне тех слов, ради которых я вернулась в эту жизнь.

Я ухватила Яна за руку и резко развернула к себе. Откуда только силы нашлись? Повисла у синеокого на шее и приникла к его губам своими.

– Вот, он появился немного позже, ты заметил, Зор? – не унимался Спектр, остановив картинку на нашем поцелуе.

Врезать бы командиру посильнее, чтобы притих на некоторое время и не мешал думать. Зорий не позволит. Честный вояка отвел взор и уставился на сослуживца. Кивнул ему и перевел взгляд на меня. Мне бы ужаснуться от такой испепеляющей ненависти, но этим уже не удивишь.

Я ухмыльнулась и посмотрела на экран. Момент схвачен удачно, и упрекнуть меня в отсутствии чувств мало кому придет в голову. Природа их понятна только мне: страх вместо страсти, а ненависть – вместо желания.

– Думаю, на сегодня хватит, – произнес Зорий. – Разберемся со специалистами, они объяснят, что повлияло на изменение сюжета упражнения.

Слово «специалистами», лейтенант выделил голосом, пытаясь задеть меня. Укол приняла и ответила самой лучшей из своих улыбок.

Синеокий поднялся и выключил сортфон. Одарив меня нежным взором, предложил проводить до комнаты. Мне хорошо была видна реакция лейтенанта на предложение Яна: досада, злость и пренебрежение. Ладно, вернулись к тому, с чего начали – он снова меня презирал, как и в тот день, когда узнал о том, что я воровка.