Обнуление

Нам и нужно-то добраться до лесополосы, а там что-нибудь придумаем.

Плечо обожгла резкая боль. Непроизвольно тормознула и ухватилась за рану – на ладони остался кровавый след.

– В укрытие! – хватая меня за больную руку и пригибаясь, орал Макс. – Скорее! За колонну!

Боль разгоралась, но я быстро шевелилась, следуя за парнем.

– Сюда! Цветана, сюда!

Крик Айна Ирова прозвучал с одновременным громыханием оружия. Он отвечал на пальбу и звал меня.

Айн Иров!

Свела судьба! Откуда он здесь?

И почему я не удивлена?

Выглянула из-за укрытия, которым служила колонна, поддерживающая свод беседки, увитой растением, похожим на плющ.

Я взглянула в ту сторону, откуда велась атака. Все камеры были повёрнуты в разных направлениях, транслируя в интернетную сеть каждый метр территории. Но две, что на фасаде, смотрели своими красными глазками на окно. Там точно был охотник, его плечевой браслет манил их к себе, звал.

Писк, и кусок отделки колонны раскрошился, больно царапнув кожу на лице.

– Айн! Третье окно слева от крыльца, – крикнула я. – Там охотник.

Секунда, и раздался выстрел, я снова выглянула и убралась. Макс осел на землю.

– Ранен?

– Да. Бок, – отозвался он.

Выглянула из-за колонны. На стекле, в том месте, которое показалось подозрительным, красовалась красная клякса – охотник убит.

– Двигаться сможешь? Артомоб здесь, недалеко.

– Доберусь.

Я присмотрелась к камерам. Они замерли на месте, не шевелились. Вдалеке, за кустами и другими колоннами, на площадке стоял вертолёт, тот самый, что мы видели в небе по дороге сюда. Приглядевшись, заметила камеру и на нём. Она зазывно пялилась на нас.

Мне хватило доли секунды, чтобы вскинуть бластер и выстрелить перед собой. Что-то упало за кустами – мягкое, плотное.

– Чёткий выстрел, детка, – оповестил Айн. – Внутри здания ещё трое!

– Айн! Мы выходим, – помогая подняться Максу, крикнула я.

– Давай!

Шлепки плазмы сыпались на пути нашего следования, но нам удалось добраться до артомоба. Спрятавшись за его корпусом, я помогла Максу влезть в салон. Айн уже сидел на месте пилота и, как только дверь закрылась, врубил защитное поле. Куски плазмы растворялись в воздухе, точно сгоревшая бумага, подхваченная лёгким ветерком.

– Аптечка под сидением, – рявкнул царгаец, выруливая на одну из высоток.