Дело ясное, что дело тёмное

Пыталась нагнать его, но…

Ага! Если не знать правды, то выглядела я бесстрашно, а главное – красиво про это болтала. На это я мастер, чего уж там! Просто: лучшая!

– Понятно… – озадаченно уронил кудесник. – Прости, что разбудил.

Прости. Как же много раз мы сегодня успели попросить друг у друга прощения! Кашу маслом не испортишь – говорят. Пожалуй. Как же славно извиняться и прощать.

Я рассматривала Букова, стоящего в потоке электрического света, льющегося из коридора, и думала о том, что хозяин хорош собой и привлекает меня, как мужчина.

Чародей словно почувствовал направление моих мыслей, повернул голову и поймал мой взгляд. Мне тут же расхотелось размышлять об одиночестве, и ещё немного подтянула одеяло, заставляя успокоиться бухающее в груди сердце.

Нет бы парню, как благонравному человеку покинуть комнату, так он отпустил дверь, и она с лёгким хлопком закрылась, а он замер возле неё!

Что за напасть, а? Я же… голая.

Валентин двинулся ко мне очень медленно, словно боялся спугнуть зайца, на которого охотился, а я, наверное, перестала дышать.

– Знаешь, что я забыл сделать? – усаживаясь на край кровати, спросил чародей.

– Закрыть дверь с той стороны и отправиться спать к себе в комнату? – пискнула я.

Впервые была в такой щепетильной ситуации и оттого не понимала, что делать дальше.

– Само собой, – улыбнулся Валентин, – и это я сделаю. Обещаю.

– Поужинать? Дать распоряжение на завтра?

Я болтала, стараясь отвлечь мужчину от своей персоны. В свете Луны, блеснула цепочка с металлическим кружком, висевшая на его шее. Не замечала её раньше, хотя я очень внимательна от природы. Вероятно, появилась причина, по которой кудесник земли решил надеть украшение.

– Я забыл попрощаться, – выдохнул Буков, наклоняясь и целуя меня в щёку.

– С-с-спокойной н-ночи, – пролепетала я, наблюдая за тем, как молодой человек встаёт и подходит к окну, проверяет замки, опускает металлическую решётку, встроенную в раму.

Вскоре я осталась одна с раздираемыми меня ощущениями, которые не могла разобрать. Дружеский поцелуй горел на щеке пламенем, в душе бушевало смятение, а тело изнывало неизвестно от чего.

М-да, уснуть мне сегодня будет крайне трудно.