Дело ясное, что дело тёмное

Словно противясь собственным инстинктам, тряхнула головой и сделала уверенный шаг вперёд, а затем и вовсе понеслась навстречу к неведомому оборотню в магической «броне». Впереди летели тонким, едва уловимым туманом, сопровождающие меня усопшие предки. Именно они стали маяком на пути к незнакомцу, когда его запах становился неотличим от тонов природы, и казалось, что я потеряла след.

Неожиданно, я врезалась в невидимую стену. Повалилась на бок – меня отбросило на достаточное расстояние, будто кто-то схватил за шкирку и кинул.

Изуродованные увяданием листья горестно шуршали, пока я боком сминала их в кучу. Не раздумывая вскочила на четыре лапы, злобно выругалась и медленно, точно на охоте, выверяя каждый шаг, направилась к невидимой границе.

Переступая с лапы на лапу, ничего не могла понять: преграды словно бы и вовсе не существовало. Повертела головой, принюхалась, навострила уши – тишина и пустота, никаких ликанов в радиусе трёхсот метров. Лес, как лес: деревья, с бегущим внутри их стволов соком, пархающие с ветки на ветку птицы.

Хоть бы запах перевёртыша остался, а лучше – Пирраки.

Увы. Внешняя магия, в которую был облачён хищник, гасила породу, но не агрессию – что важно. Значит я права – он хищник.

Туман собрался в довольно плотный комок и повис напротив моего носа – я инстинктивно принюхалась, а затем насторожилась. Тихий, похожий на хруст голос шепнул: «Беги».

Я рванула назад. Мчалась стремительно: перескакивая через поваленные стволы и коряги, мелкий овражек, стремясь к дому.

Я слышала рёв зверя, изменённый магией, спугнувший стайку синичек, и ускорялась на пределе сил.

Усадьба и партерный газон перед ней возникла неожиданно. Я быстро добралась до лестницы, затем – холл, коридор, моя комната. Дверь защёлкнула на замок.

Обратный оборот занял считанные секунды, и я без сил опустилась на пушистый ковёр, лежащий посередине помещения. Длинный ворс приятно щекотал моё обнаженное, разгорячённое тело, а я пыталась усмирить дыхание. Получалось не очень, но я старалась.

Перевернувшись на спину, уставилась в потолок – там всё, как и раньше: изящная хрустальная люстра и лепнина вокруг её основания. Старалась осознать произошедшее в парке, чтобы правильно его сформулировать, прежде всего, для себя. Хотела переварить и проанализировать собственный испуг, а лишь после этого поведать хозяину историю, кратко и чётко изложив факты. Если бы пошла сейчас, то наломала бы дров, и связного рассказа не получилось бы.