Ян и Мила

Ты делаешь такие крутые трюки! Я тоже хочу так!

Мальчик в воздухе показал, словно едет на скейте и подпрыгивает, а потом скатывается по перилам лестницы.

– Вот не будешь трындеть, а заниматься, тоже сможешь так.

– Спасибо.

Темные глаза Адама были наполнены теплом, и Ян почувствовал, как его благодарность идет от сердца. В свои десять лет мальчишка уже знал цену добру.

– Мне только в удовольствие, – Ян решил ответить искренностью на искренность. – Меня радует, когда ребята стараются, и я вижу у них результат.

– И готов заниматься с такими бесплатно?

– Нет, конечно, еще одного такого, как ты, я не выдержу.

Адам засиял широченной улыбкой, и Ян с грустью подумал, как сильно мальчику не хватает любви и внимания. У него защемило в груди так сильно, что он глубоко вздохнул, лишь бы на его глаза не навернулись слезы в присутствии Адама. Он был в таком же возрасте, когда его мама ушла от них. Нет, не ушла – бросила их: его и отца. Без объяснений, без прощаний. Просто оставила их. Не ради денег – их всегда было предостаточно.

– Пойдем, купим мороженое, как тебе идея?

– Супер! Мне шоколадное! А можно еще Лешке купить?

– Нет.

– Прости, – мальчик виновато поджал губы.

– Оно просто растает, пока ты его донесешь. Давай купим ему что-нибудь еще? Сколько ему? Пять? Может, машинка будет лучше?

– А может, ты нас обоих усыновишь?

– Ага, и получится, что у меня с сыном десять лет разница, маловато, не думаешь?

– Я так и знал.

Они оба рассмеялись.

– Я представляю, каким фиговым отцом был бы тебе.

Пожалуй, Адам – единственный человек, рядом с которым Яну не приходится притворяться. Эта мысль не раз мелькала у него в голове, каждый раз удивляя его.

– Возьми деньги, купи нам с тобой по мороженому. – Ян протянул купюру мальчику.

– Не, лучше ты.

– Тогда не будет мороженого. Я не сильно хочу.

– Почему? – Адам уже был готов расплакаться.

– Потому что тебе надо учиться делать простые вещи! – раздраженно сказал Ян. – Тебе десять лет, а ты не можешь зайти в магазин и купить мороженое!

– Давай вместе?

Ян покачал головой.

– Тогда машинку покупаешь ты один. Или не покупаешь.

– Идет, – в голосе Адама была слышна обреченность, от чего сердце Яна растаяло – еще одно открытие для него самого. Способность растекаться в лужу всего-навсего оттого, что он кому-то нужен.