Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

– Ну и кто тут из нас неблагодарный, спрашивается, – обиженно пробурчал Иино и вдруг сменил тон на удивительно дружелюбный. – Понимаешь, я хочу разобраться, кто сотворил с ней такое. Узнать правду. Ты пока единственный, кто может хоть что-то об этом знать. Ее обидчики должны за все ответить. Согласен?

Руки похолодели, стоило Джею это услышать. Стоило вспомнить, кто был ее первым обидчиком. Если это выяснится… Да, Лэнси его простила, она вообще, кажется, способна простить любого, глупышка, но поймет ли этот самозваный защитник?

Хорошо бы ей ничего не вспомнить.

– Это не тебе решать, – Джею пришлось повторить интонации Иино, чтобы спрятать свои настоящие чувства. – Я вообще не имею право раскрывать тебе ее секреты. Тем более те, которые она прячет от себя самой.

– Верный ответ.

Джей обернулся убедиться, что не ослышался, настолько странно это прозвучало.

– Ты меня что, проверял?

– Не мог же я на слово поверить человеку в серой шкуре.

Ну почему вот так получается: вроде говорит что-то само собой разумеющееся, правильное, на что глупо обижаться, а все равно звучит, как плевок, и жуть как хочется плюнуть в ответ.

Нет, нельзя.

Иино между тем продолжил, как ни в чем не бывало:

– Вот если бы у тебя были хоть какие-то доказательства. Что-нибудь из вашего общего прошлого, если оно, конечно, вообще было.

Да как этот умник смеет требовать доказательств? Джей в очередной раз крепко стиснул зубы, чтобы промолчать, потому что понял: смеет.

«Как и ты сам еще недавно», – услужливо напомнил внутренний голос, заткнуть который оказалось не так просто.

Еще недавно. Когда они играли в счастливую семью. А ведь с тех времен действительно кое-что осталось, вспомнил вдруг Джей. Достал коммуникатор, стал листать фотоальбом, пока не добрался до нужного изображения. Протянул его Иино.

– Нужны доказательства? Тогда вот, полюбуйся.

«…И попробуй на это что-нибудь возразить.

– Кажется, я уже почти верю, что ты с севера, – задумчиво проговорил Иино, разглядывая коммуникатор, будто диковинку. Лишь после этого он взглянул на экран, с которого смотрели три счастливо улыбающихся лица. Момент фальшивого счастья в фальшивый день рождения. – Ладно, допустим, и в то, что ты для нее не посторонний, тоже почти верю. А теперь сделаем вид, что этого разговора не было и между нами мир и полное взаимопонимание.