Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

Человеком, которого понимали и поддерживали. Образ, пока приносящий пользу, а значит…

– Так и быть, ознакомлюсь, – нехотя протянул Юдвин. Отчего-то совсем некстати вспомнилось, как он сам в первый раз вот так же тайком принес тогдашнему министру свои наработки. По спине пробежали мурашки, и он поспешил поскорее отвернуться от Кипрана. – Ознакомлюсь дома. А ты, раз уж приехал так рано, можешь подождать в моторке.

– Даже водички не предложите? – нарочито-весело спросил Кипран вслед.

Юдвин лишь хмыкнул про себя: «Может, тебя позвать посидеть вместе за бутылочкой вина?», закрывая дверь.

А Кипран тем временем вовсе не спешил возвращаться в душную моторку. Вместо этого он оглядел покрытый газоном двор, милую беседку в дальнем конце, рядом с калиткой.

– Вы правда хотите это сделать? – Тихий голос Зелле раздался так неожиданно, что Кипран вздрогнул. – Помочь переселенцам.

– Вообще-то, да. – Он дождался, пока она выйдет из-за угла дома. – Только пожалуйста, не нужно мне «выкать», ладно?

– Но зачем вам… – Зелле отступила на шаг, словно готова была в любой момент убежать прочь. – То есть тебе, зачем их вообще защищать? После того, что они сделали. Я видела, что они сделали. Это… ужасно!

Зелле едва смогла договорить дрожащим голосом. Опустилась на крыльцо, закрыла лицо руками.

– Я это делаю именно для того, чтобы больше такого не произошло, – объяснил Кипран, присев рядом на корточки.

– Но… – Зелле подняла на него удивленный взгляд. – Думаешь, это поможет?

«Конечно», – собрался было ответить Кипран, но в этот момент заметил силуэт Юдвина в окне, потому произнес совсем другое.

– Прости, мне пора идти. Дела не ждут. Продолжим разговор в следующий раз?

Сомнений в том, что этот «следующий раз» обязательно будет, у Кипрана не возникло ни на мгновение.

***

Совсем недавно, всего каких-то полторы декады назад, Берт был твердо уверен, что не создан для семейной жизни.

Аромат свежесваренного кофе щекотал ноздри. Берт медленно открыл глаза и потянулся. Пусть даже этот кофе был всего лишь искусственно созданным умельцами суррогатом из лесных кореньев, он был ничуть не хуже настоящего, южного продукта. Берт на днях уже успел в этом убедиться.