Серебро ночи. Примум. Книга 2

– Колдунья! – выдохнул один из них и на цыпочках стал красться к дверям, намереваясь сбежать.

– Стоять! – приказала Амирель и рявкнула: – Где Фугит?

Ближайший из буянов показал дрожащим пальцем на коридор.

– Я сейчас вернусь, – зловеще пообещала им Амирель. – А вы стойте здесь и никуда не уходите. И чтоб было тихо! Потом я разберусь и с вами.

Едва она прошла в коридор вместе с виконтессой, как мужчины попытались оторвать ноги от пола, но не смогли. Видевший все это Атан с удовольствием приложил своей палкой по задам охальников, и они только охали от боли и возмущения, не в состоянии произнести в ответ ни слова.

– Они наверняка в спальне! – виконтесса побежала вперед, распахнула дверь и чуть не упала от увиденной там ужасной картины.

Ее дочь была распята на кровати нагишом за ноги и за руки, привязанные за столбики балдахина, а высокий мужчина со спущенными штанами стоял рядом, закончив свои дела, и довольно ухмылялся. Его лицо было желтоватым, глаза мутными, на скулах багровели неровные пятна.

Он производил впечатление глубокого пьянчужки.

– Что ты натворил, подлая скотина! – виконтесса с воплем подскочила к нему и принялась наотмашь хлестать его по плечам.

Он одним толчком отправил ее на пол.

– Что это за глупая бабенка? – он вовсе не ждал ответа на этот вопрос, неторопливо натягивая штаны.

Амирель выступила вперед и злобно проговорила:

– Это виконтесса Парнери, вдова героя, защищавшего Терминус от врагов. А ты обесчестил ее дочь.

– Вот как? – Фугит озадаченно наморщил лоб.

Связываться с аристократами он не желал. Здесь уже закон о неприкосновенности его драгоценной персоны не действовал. – А разве они не купцы? Почему же тогда живут в купеческом квартале?

– Какая разница, где они живут? Какое право у тебя, ничтожество, оскорблять кого бы то ни было? – Амирель с трудом смиряла растущую в груди ненависть к этому самодовольному и наглому мерзавцу.

Фугит отмахнулся от ее негодующих слов, как от надоедливой мухи.

– Что хочу, то и делаю! Все мои предки так жили, почему мне нельзя? Во мне течет кровь Сордитов, которую все называют грязной! Вот я и оправдываю это звание по мере моих слабых сил! – и он развязно расхохотался.

 – Впрочем, если ты завидуешь, – он похабно подмигнул ей, – то ложись рядом. Меня и на тебя хватит!

– В самом деле хватит! – она сделала стремительный шаг вперед и уже привычно скомандовала: – На колени!

Выпучив глаза, тот упал перед ней и только тут увидел синие глаза.