Серебро ночи. Примум. Книга 2

 – Эх, вот его бы на виселицу!

– А как он будет обеспечивать жену, если женится? – прагматично поинтересовалась Амирель, возмутив своим хладнокровием безутешную мать.

– У него независимое состояние и приличное поместье, переданное ему матерью, она же из Сордитов, они все весьма богаты, – виконтесса не понимала, при чем тут это.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнула Амирель. – Значит, скоро ваша дочь станет обеспеченной вдовой. Если ничего другого не останется. Похоже, пора положить конец разбойничьим похождениям сэра Фугита.

Она пошла к двери, велев:

– Поедем к вам, виконтесса. Найдем этих разбойников и призовем к ответу. Мы с Ферруном это упустили, наша вина, каюсь, придется эту ошибку исправлять мне одной. Где бродит мой супруг, я не знаю, да и звать его на помощь не хочу, надеюсь, справлюсь и сама, не такое уж это и сложное дело.

Виконтесса схватила свой плащ и накинула на плечи.

– Вам нужно одеться потеплее, на улице холодно, – заботливо предложила она, не забывая про свои обязанности придворной фрейлины.

– Хорошо, загляну сначала к себе, – согласилась с ней Амирель и повернула налево по коридору в гостевую часть дворца. – А вы пока прикажите подать мне карету без гербов.

– Но все кареты принадлежат наместнику, если не считать королевских, – робко напомнила ей виконтесса.

– Не думаю, чтоб Беллатор не позволил мне взять карету, ведь у него наверняка она не одна, – Амирель ни на секунду не поверила, чтоб брат Сильвера был настолько мелочным.

– Конечно, его честь возражать не станет, – дама сложила перед собой руки, стараясь, чтоб ее поняли правильно.

 – Но королевский конюшенный сэр Лардин не дает кареты без прямого указания наместника, а я для него никто.

– Опять эти наследственные служаки! – свирепо поморщилась Амирель. – Но вы его предупредите: если карета не будет стоять у восточного портала, когда я спущусь, то разговаривать с ним я буду сама! И не думаю, что это ему понравится!

Она ушла, а виконтесса Парнери в легком недоумении пошла вниз, к кабинету королевского конюшенного.

Сэр Лардин, закинув ногу на ногу, сидел в бархатном кресле и с нарочитым вниманием слушал доклад стоявшего перед ним навытяжку главного конюха. На одну из придворных дам, к тому же заплаканную и с красным носом, он демонстративно не смотрел. Кашлянув, та решилась прервать конюха.

– Извините, но наша гостья просила подать для нее к восточному порталу карету без гербов, – громко сказала она, стараясь казаться уверенной и гордой.