Зимняя встреча

Но он испуганно вцепился в ненадежное укрытие и прохрипел, слегка зарумянясь:

– Цыц! Не позволю!

Аня отдернула руку и недоуменно заметила:

– Ты же только что передо мной голый валялся! И ничего, не волновался!

Он сконфужено уточнил:

– Это я просто не в себе был! А так я очень скромный. Застенчивый даже!

Аня скептически заметила:

– Ну надо же! А я-то, глупая, не поняла!

Антон ловко выдернул из ее рук маячащий перед его носом вожделенный предмет и сурово потребовал:

– А ну, отойди и отвернись, а то счас лопну, а отвечать за это будешь ты!

Аня отошла подальше и стала демонстративно рассматривать устройство странного ящичка у другой кровати.

Он довольно долго возился, устраиваясь поудобнее, но наконец раздалось звонкое журчание. Оно длилось, длилось и длилось. Аня начала паниковать, уверенная, что предоставленной емкости будет недостаточно. На всякий случай потянулась за следующей уткой, собираясь менять первую, но тут журчание наконец прекратилось.

По палате пронесся облегченный вздох такой силы, что Аня тихонько затряслась от смеха. Услышав стук, она повернулась и подошла к Антону. Он, сложив руки на груди, закрыл глаза и сделал вид, что спит.

Подхватив заполненное до упора судно, она вынесла его в туалет, опорожнила и поставила под мойкой, где уже стояло несколько таких же приспособлений. Вернувшись в палату, увидела там медсестру с полным шприцем. Антон с испугом глядел на жуткую иглу и морщился от предвкушаемой боли.

Заспанная медсестра сердито рявкнула:

– Хватит тут интимничать! – воткнула ему иглу в вену, впрыснула лекарство и быстро ушла.

Аня решила, что та торопилась досыпать. Что медсестра имела в виду под непонятным в данных обстоятельствах термином «интимничать», благоразумно выяснять не стала.

Антон хмуро посмотрел на свидетельницу его позора.

– Ты когда уходишь?

Аня пожала плечами. Зевнув, проговорила:

– Часов в шесть. Транспорт уже будет ходить.

– А куда ты собираешься в такую рань?

Она сердито посмотрела на недотепу.

– Домой, естественно. Душ приму, переоденусь, и в универ. От меня так больницей воняет, самой противно. Да и мама волнуется. Хотя как я ей буду объяснять эту жуткую историю – ума не приложу.

Он недоумевающе поднял брови.

– А у тебя-то какие проблемы? Это у меня неприятности, а ты-то тут причем? Хотя, не спорю, провести ночь без сна довольно неприятно.

Аня вскинулась.