Серебро ночи. Примум. Книга 3

Тот, бросив все остальные дела, на давным-давно не использовавшейся бумаге с королевскими вензелями быстро написал: «Их королевское величество Феррео Пятый изволит пригласить вас на свое бракосочетание с Мартитой Медиатор, которое состоится завтра в главном королевском храме ровно в два часа пополудни», и немедля разослал с ними слуг по всем аристократическим семьям, обитавшим в Купитусе.

Феррун молча стоял у окна, выбивая на деревянном подоконнике пальцами быстрое стаккато и в распоряжения своего наместника не вмешивался.

– Да, – Беллатор чуть помедлил, – ваши указы по изменению управления страны меня тоже касаются? Теперь вам не нужен наместник, ведь он назначался лишь на время отсутствия короля?

Феррун кивнул с долей насмешливости.

– Вот именно, на время моего отсутствия. Неужто ты думаешь, что я буду сидеть во дворце? Уже завтра мне придется уехать, боюсь, сразу после брачной церемонии. Так что ты еще очень долго будешь исполнять мои обязанности в стране, а моя королева – вести дела во дворце.

Беллатор с горечью признал:

– Марти будет очень сложно это делать. Никто не предполагал, что ей суждена столь высокая доля, ее к этому не готовили. К тому же дворяне, даже ее родной дядька, граф Контрарио, не скрывали своего к ней презрения и уж никак не предполагали, что придется ей подчиняться. Откровенно говоря, я и сейчас не думаю, что они добровольно поменяют свое к ней отношение. Вы же знаете, для столь резкой перемены нужно нечто очень весомое.

– Очень весомое… – Феррун вспомнил о желтом камне, найденном им в катакомбах Гармии.

Беллатор пощелкал пальцами, вспоминая.

– Я ее видел, она хранится рядом с большой короной, – он кивнул в сторону лежащей на столе короны, отданной ему Ферруном. – Завтра перед церемонией принесу. А пока уберу эту в сокровищницу. Не стоит оставлять ее без присмотра.

– Хорошо, – согласился с ним Феррун. – А я пока посмотрю, что творится в городе.

Он стремительно направился к выходу, но был остановлен словами Беллатора:

– Ваше величество, думаю, что вам нужно забыть свое странное прозвище и зваться так, как вам и положено – Феррео.

Феррун провел рукой по лбу, будто стирая то, что было.

– Согласен, – кратко ответил он и ушел.

Беллатор осторожно взял в руки тяжелую корону, посмотрел на пустующее место для Инкусса, или, как его называл Феррун, Серебра ночи.