Серебро ночи. Примум. Книга 1

– Надышался ядовитого крысиного смрада и отравился сам, – объяснил Сильвер, подошел и остановился подле нее, желая только одного – провести рукой по ее плечу, чтоб удостовериться, что она живой человек, а не фантом, созданный его воображением.

Амирель искоса взглянула на него и снова опустила веки.

– Держи больного, – сказала она мужу, – он не понимает, что творит. А я попробую выгнать из него этот ядовитый туман.

Феррун молча скрутил Алонсо, повернув лицом к выходу из пещеры.

– Я лучше встану к нему за спину, не хочу, чтоб яд пошел на меня.

Сильвер послушно сделал несколько шагов назад. Амирель положила руки на спину Алонсо. По ее ладоням заструился зеленоватый огонь, ясно видимый в сумраке пещеры. Алонсо дернулся, выгнулся мучительной дугой, широко открыл рот и выдохнул черное, заметное даже в темноте, облачко. Оно продержалось несколько секунд, вися на одном месте, пока подувший ветерок не утянул его за собой.

– Светает, – Феррун отпустил Алонсо, и тот зашатался, глядя вокруг уже вполне осознанным взглядом. – Нам пора. Поднимай отряд, – властно приказал Феррун Сильверу. – Перекусим – и в путь!

Но тот обхватил друга за плечи, поддерживая, и спросил у него:

– Как ты, Алонсо?

Тот усмехнулся одной стороной рта точь-в-точь как прежде, до сражения с крысами.

– Прекрасно! Могу снова нормально дышать и вполне себя контролирую.

Сильвер откинул назад светлые волосы и широко, с облегчением, улыбнулся.

– Это хорошо. Болея, ты есть почти не хотел. Недаром от тебя одни кости остались.

Алонсо подмигнул другу.

– Кости – ерунда. Отъемся. Но я должен попросить у тебя прощения за все отвратительные мерзости, учиненные мною за время моего помешательства. Я смутно помню, что творил, но и то, что помню, убивает меня.

– Не переживай, дружище! – Сильвер почувствовал себя неудобно. Прежде Алонсо никогда так выспренне не изъяснялся. – Все в порядке.

– Хватит миндальничать, – прервал их разговор недовольный промедлением Феррун. – Я есть хочу, да и пора уже в дорогу.

Сильвер повернулся к девушке и поклонился.

– Благодарю тебя за спасение моего лучшего друга. Он мне как брат.

– Ну что ты, Беллатор куда лучше меня! – хмыкнул растроганный Алонсо.