Поцелуй сильного мужчины

Родион даже возмущаться не мог, настолько хороша была пылающая праведным негодованием Дана. Эх, если бы он не боялся схлопотать добротную оплеуху, он бы ее непременно поцеловал.

Но ходить с синяком под глазом ему невместно. Побитая морда у деловых партнеров доверия, как правило, не вызывает. Не то, что у собутыльников. Там фингал признак геройства, своего рода медаль за отвагу.

Посмотрел на часы. Миновало всего-то пятнадцать минут после обеда, а сколько за эти четверть часа произошло событий! Поездка по окрестным полям с председателем у него была назначена на три часа, времени еще завались.

Посмотрел на себя в трюмо. Вид вполне приличный. Подумаешь, грудь голая, зато мускулатура развитая, не то, что у удравшего дохляка. Решительно прошел по коридору, но перед ее дверью замер и принялся топтаться на одном месте, как в детстве перед кабинетом отца, ожидая наказания за шалость.

Понужнув себя геройским «не дрейфь!», он постучал.

В ответ послышалось приглушенное «войди»! Он отрыл дверь и вошел. Дана сидела у окна, расчесывая волосы. Они облаком закрывали плечи и спину, спадая ниже спины. Родион заметил, что распущенными они оказались гораздо длиннее, чем заплетенные в косу.

Дана пораженно уставилась на Родиона.

– Тебе чего? Я-то думала, это Егорка приперся за книжкой.

– А это я приперся. И не за книжкой, а поговорить.

– У нас чужакам на женскую половину заходить запрещается! – выговорила она, чопорно поджав губы.

– Ну, раз я все-таки здесь, то давай перекинемся парой слов. От твоей женской чести от этого не убудет! – с сарказмом заявил Родион и демонстративно уселся на стул.

– Ладно, – нехотя согласилась негостеприимная хозяйка. – Чего тебе?

– Чего ты на меня взъелась? – решив говорить так же по-простому, как и она, поинтересовался Родион.

Она чуть сощурила глаза, наклонив голову. После небольшой заминки сказала:

– Ничего ты мне не сделал.

– И не мог сделать, поскольку до сегодняшнего дня не был с тобой знаком.

Ему показалось, что она хочет возразить, но Дана молча принялась заплетать косу, закинув руки за голову. От этого жеста грудь у нее поднялась и напряглась, и Родион застенчиво уставился в пол, понимая, что это зрелище не для его слабых нервов.