Чудеса всё же возможны…

Она была уверена, что Влад сядет со Славкой, и приготовилась куковать в одиночестве. Устроившись на своем старом месте на третьей парте у окна, с нарочитой бравадой утешилась: зато теперь жить она будет очень привольно, ведь на пятнадцать двухместных парт в их классе всего семнадцать человек. С ней наверняка никто сидеть не будет. Сплошной простор!

Когда Влад, еще более выросший и возмужавший за летние каникулы, так же, как и все предыдущие девять лет, небрежно шмякнул рядом с ней свою сумку, она не нашла ничего лучшего, как потрясенно сказать:

– Ты же здесь больше не сидишь…

Медленно выпрямившись, он сердито посмотрел на нее и холодно спросил:

– Почему? Ты не хочешь, чтобы я здесь сидел? У тебя другой компаньон?

Смутившись, она неловко пробормотала:

– Да нет, но разве ты хочешь сидеть со мной?

Ей показалось, что он с облегчением вздохнул, но тут же нахмурился, уселся за партой и бросил:

– Не решай ты за меня ничего, пожалуйста! У меня и у самого голова на плечах есть!

Она до сих пор помнит то ощущение неземного счастья, даже блаженства, охватившего ее тогда.

Влад как-то странно на нее посмотрел и неопределенно хмыкнул. Посмотрев по сторонам, она заметила, что смешанная пара среди одноклассников только одна – их.

Она оценила самоотверженность Влада, ведь наверняка над ним будут подшучивать все его друзья. Хотя вряд ли кто-то решился бы на откровенную издевку – Влад никогда не спускал шутникам обиды, особенно, если это касалось Насти.

Два года пролетели как одно мгновенье.

Она бежала в школу, как на свидание, и уходила неохотно, как девушка, насильно разлучаемая с любимым. Но ее грела мысль, что на следующий день она снова будет сидеть рядом с Владом, болтать с ним, смеяться.

Выпускные экзамены принесли ей настоящее горе. Нет, оценки у нее были хорошие, но вот что дальше? Она знала, что больше никогда, никогда не будет счастлива. Больше не сидеть ей рядом с Владом на одной парте, не слышать искренний вопрос «как дела?», не ходить с ним на баскетбол или хоккей.

В предчувствии разлуки болезненная пустота захватывала ее всё сильнее и с каждым днем становилось всё труднее и труднее скрывать свои чувства.

В мае занятий уже не было, но она еще встречалась с Владом на консультациях, снова чувствовала рядом с собой тепло его сильного тела, и эти редкие встречи приносили столько сладко-щемящего чувства, что она потом весь день молча шаталась по квартире, прощаясь и с детством, и со своей единственной непризнанной любовью.