Маленькое недоразумение на даче

– Вот ведь скотина! – Девушка принялась нетерпеливо сдирать с него свои одеяла и простыни. Ей не терпелось выкинуть это чучело за порог и приняться за уборку.

Дружок, видя, что временная хозяйка перешла к решительным действиям, громко залаял, от души поддерживая ее справедливое намерение.

Голова снова вынырнула из подушки, тупо лупая глазенками.

– Ну, это что еще такое! Отстаньте вы от меня! Дайте поспать, черти!

– Сейчас ты у меня поспишь, подлая свинья! – Девушка стянула с верхней части его огромного туловища покрывало и попыталась стащить на пол всего целиком, ухватив за ладонь.

Парень без особого усилия выдернул руку. Радостно продемонстрировал победу, нагло покрутив освобожденной конечностью перед носом раздосадованной девушки. Но тут пес внес свою весомую долю в процесс освобождения дома от захватчика: упершись лапами в край кровати, привстал, оказавшись гораздо выше очумевшего гостя, и так радикально гавкнул, что тот быстро поднял обе руки, сдаваясь на милость победителей.

Покорно сообщил недовольным утомленным баритоном, морщась от головной боли:

– Уже встал! – и расхлябанно, с трудом подчиняя себе собственные негнущиеся конечности, сполз с постели.

Девушка, ожидавшая на незваном госте в лучшем случае пикантного наряда из порванных трусов, облегченно вздохнула. Слава богу, он был полностью одет – в грязных джинсах и расстегнутой, но целой рубахе. Она умилилась, взглянув на его ноги – на них даже носки имелись, причем одинаковые. Сразу видно: культурный человек!

Предотвратив очередную попытку нахала упасть обратно на кровать, Ксюша с трудом оттащила мужика от постели, поразившись его огромному росту – в нем было не меньше двух метров.

Она никогда не считала себя мелкой, все-таки метр семьдесят, но рядом с этим верзилой почувствовала себя хрупкой Дюймовочкой. Упорно стала толкать бестолковую груду костей и мяса к выходу, упираясь в спину обеими руками, с удовольствием поддавая по ходу движения коленом по его упругой пятой точке.

Он вздрагивал от каждого пинка и мрачно на нее косился, мечтая дать сдачи, но, глядя на чинно идущую рядом огромную оскалившуюся псину, готовую при малейшем неповиновении радостно вцепиться в это же, весьма ценное для него, место, молча терпел. Уж лучше мягкая девичья ножка, чем острые собачьи зубы. На пороге снова попытался вернуться обратно к страстно полюбившейся ему постели, но девушка ловко подставила ему подножку и вытолкнула за дверь.