Дорога к себе

Но разговор начал первым.

– Ладно, но давай побыстрей, мне сегодня домой ехать. Тебя Анжела достала?

Иван Ярославович зло хохотнул.

– Она старалась быть вежливой. Ей просто этот домик очень нравится, как ты помнишь. И квартира моя. Так вот, она намекнула, что в Москве у нее министерская квартира неплохая, но служебная. Поэтому мне нужно позаботиться о том, чтобы у них с мужем была своя, не менее удобная, квартирка. Можно в Москве, но лучше в Лондоне или Париже.

Борис присвистнул.

– От скромности дамочка не помрет, это точно! Она что, прямо так и сказала?

– Ну что ты, не такая уж она дура.

Обиняком, обиняком. Но все было понятно. В общем, я должен продать все, что у меня есть, чтобы эту мадам обеспечить. Или, тут она сказала прямо – она от Ярослава уйдет. У нее есть предложения получше. От американского миллионера.

Борис звонко хлопнул себя по бедрам.

– Как жаль, что меня при этом не было! Вот весело-то было!

– Смотря как смотреть, – Иван Ярославович процедил это сквозь зубы, все еще не в состоянии унять гнев.

 – Мне за Славку обидно.

– Конечно, он ее, можно сказать, на помойке подобрал, помыл, отчистил, в люди вывел, а она такие фортеля выкидывает. Никакой благодарности!

– Славка не кот Матроскин из книжки Эдуарда Успенского, не путай! Но жадность из его женушки из всех пор прет, это так. Ну да черт с ней. Думаю, Ярослав задаст ей жару. Да и отставку даст.

– Министрам жен менять невместно.

– А он и не будет менять. Он с ней разведется и будет холостяковать.

– Конечно, перед глазами есть высокий пример. Путь, так сказать, освящен.

– Давай лучше о тебе поговорим, Борис. Я вот смотрел на тебя сегодня, и уж очень ты мне неприкаянным показался. Что, так и не смог Василису забыть?

Внук сердито посмотрел на деда и ничего не ответил.

– Уж извини, что в душу к тебе лезу, просто у меня период такой наступил. Как бы его назвать? Покаяния, наверное. Я столько в жизни делал неправильно, вернее, не делал того, что нужно было делать, и от моей пассивности пострадали мои близкие.

Я не о Ярославе говорю, он самодостаточен, да и разумно эгоистичен. Любить по-настоящему он никогда не умел, потому и баб меняет без угрызений совести.

– Мой папаша тоже так делает. – Борис не мог понять покаянного настроения деда. – Это теперь никем не осуждается.

– Ты не прав! – Иван Ярославович осуждающе посмотрел на внука. – Володька на молодых баб не бросается. Все его пассии его возраста или немного моложе.