Миолантия

Скажи сейчас, ты действительно твердо решил во что бы то ни стало лететь к Отшельникам ради того чтобы они помогли вернуть твой человеческий облик?

Я не знал что ответить, это было правда, но сейчас вмешались и другие факторы. После того, как я узнал, что ждет эти земли через несколько лет от Крегора я уже не знал чего мне на самом деле хочется. Больше всего я волновался за мать и моих односельчан, я еще сам ничего не знал, поэтому не мог подтвердить или опровергнуть факт, мне предъявленный.

– Я не стану скрывать, что быть Драконом мне не нравится, – сказал я просто, – я полечу к Отшельникам так или иначе, даже если решу выполнить возложенную на меня миссию.

Сразу же, как только почувствую в себе силы, но за эти несколько лет я хочу разобраться в себе. И я надеюсь, вы не только не станете мне в этом мешать, но и сможете мне помочь, потому что здесь я могу рассчитывать только на вас.

Я замолчал, рассматривая тех, с кем собирался провести ближайшие год или два. Молодежь смотрела на меня очень любопытно, и я видел в их глазах тот интерес, который говорит о том, что они только и ждут момента, когда старшие удалятся, чтобы забросать меня вопросами.

– Ты должен жить по нашим правилам, в таком случае.– отозвался старший дракон.– правила эти просты – не удаляйся далеко от этих скал, не приближайся к людям и не допускай людей к себе. В любом случае сообщай нам о приближении любых групп людей.

Я с затаенным изумлением рассмотрел всех собравшихся и не мог поверить, что эти существа действительно опасаются людей.

Здесь, в море, за Страной Драконов, кому придет в голову нападать на них? На больших и сильных драконов! И, тем не менее, они опасались. Что же, здесь собрался молодняк – будущее драконов. Было за что переживать, думал я, забыв о том, что люди скорее всего явиться могут за единственным желанным трофеем – за мной.

– Хорошо, сказал я спокойно, я готов подчиниться вашим законам. Нужно ли мне услышать что-либо еще или я могу удалиться?

– Ты можешь удалиться, если у тебя нет к нам вопросов.

Или есть?

У меня была целая куча вопросов, но мне так хотелось уединения, что я ничего не ответил и, тяжело взлетев, направился к месту, где уже был мой дом. Это мое поведение было расценено как нежелание причислять себя к их числу, но они правильно его оценили и, сказать по правде, я не слишком переживал на этот счет.

Весь следующий месяц я держался особняком и даже Гил не спешил ко мне приближаться.