Королевский сорняк

Он ведь любит ее, она в этом не сомневалась…

Хотя он ни разу не сказал ей об этом. Ни разу.

– Кирилл… Ты ведь не спишь?

Она долго ждала ответа, прежде чем услышала медленное «нет».

– Ты любишь меня? – неожиданно для себя самой спросила Тоня.

– Я???

Он повернулся и посмотрел на нее. В темноте глаза его казались черными, а изящный нос – хищным. Тоне стало не по себе.

– Да, Тоня… Я люблю тебя, – сказал он через некоторое время и встал. Нашарив тапочки, он накинул шелковый халат и ушел на кухню: курить.

Тоня так и заснула, его не дождавшись.

Глава 9

Заработало! Сомнения прочно поселились в ее душе. Она уже не просто грустна, она обеспокоена, озадачена и даже немного испугана… Великолепно! Да, милая, а ты как думала? Что все тебе даром? Нет, голубушка, по счетам надо платить. Смотри, как похорошела! Какая сладкая стала, сытая, довольная… Как гладенький розовый камешек-голыш – каждому хочется положить его в рот и нежно перекатывать внутри языком… Теперь мимо тебя не пройдет ни один нормальный самец.

Так что ты у меня в долгу, красавица. И пора тебе начинать должок возвращать!

…В последующие дни Кирилл был мрачен и раздражителен. На ее ласковые вопросы отвечал грубо, по ночам от нее отворачивался. Тоня спала плохо, просыпалась, тянулась к нему, но его спина оставалась неподвижной, закостеневшей. Он делал вид, что спал, но она знала, что это не так. Один раз он просто молча убрал ее руку, которую Тоня положила ему на грудь.

А по утрам он уходил пораньше, поскорее, не завтракая, – почти украдкой, почти сбегал. От нее???

Тоня не выдержала и однажды перегородила ему дорогу в коридоре.

– Кирилл, мне нужны объяснения.

– Их не будет.

– Будет, – сказала Тоня, подивившись собственной твердости. – Я люблю тебя, ты близкий мне человек, и я хочу знать, что происходит!

Его глаза странно заблестели, и Тоне показалось, что… Что это слезы.

– Кирилл! – строго сказала она.

И он вдруг обмяк. Прямо вот так, плечи упали, лицо склонилось, и он глухо проговорил:

– Пойдем на кухню.

Тоня молча приготовила кофе и бутерброды. Поставила на столик, села.

– Я слушаю тебя, – проговорила она требовательно, всем своим видом давая понять, что не отступит.

– Хорошо… Только имей в виду: ты сама напросилась. Слез и истерик устраивать не надо.

– Их не будет.