Светлый лик, темный след

По всей видимости, Серафим Петрович, не понимая ничего в дизайне, однако, имея большие деньги, нанял какого-то модного специалиста по интерьеру (возможно, проходимца без диплома, таких множество развелось в конце девяностых), и тот напихал в комнаты причудливые и бесполезные предметы, назначения которых хозяин не понимал и относился к ним с некоторой опаской, лавируя среди них, словно между Сциллой и Харибдой.

Наконец, они добрались до гигантских размеров комнаты, которая служила, как понял детектив, гостиной.

– Вот мы и в салоне, – отдуваясь, произнес Серафим Петрович, – присаживайтесь.

Не в гостиной, а в салоне, ишь ты. Этому человеку, похожему на репку, слово «салон» решительно не шло. Репкам лучше сидеть на грядке. Сестрам очень повезло, что они внешностью пошли не в отца. Хоть Асю Кисанов видел только на фотографии в ее деле, но и по ней было ясно: девушка весьма миловидная. Видимо, девочки в мать уродились. Хотя нет, они слишком разные… Ну, в кого-то из родни.

Алексей уселся на красный кожаный диван, обрамленный деревянными позолоченными завитушками, на который указал ему хозяин дома. Последний опустился в синее кресло напротив.

– Что вы пьете?

– А что предпочитаете вы? – светским тоном осведомился детектив.

– Водку.

– Ну и мне плесните в таком случае.

– Галя, сообрази нам! – крикнул Серафим Петрович куда-то в глубину квартиры.

Через пару минут на пороге возникла пожилая женщина с подносом, на котором стояли запотевшая бутылка водки и разнообразные закуски – нарезка копченой колбасы, орешки, картофельные чипсы, соленые огурцы и, неожиданно, мисочка с мытой редиской.

Серафим Петрович незамедлительно кинул себе в рот яркую редисину и с наслаждением хрустнул. Затем «плеснул» Алексею полстакана водки, не меньше. Себе налил почти до краев. Отхлебнул с видимым удовольствием и продолжил речь о новом поколении и повсеместном разврате – тоже с удовольствием. Любил Серафим Петрович, чтобы его слушали, мудрого.

Незаметно добрались и до Канады, этого мирового оплота греха, и до канадца, Асиного мужа. По мнению Серафима Петровича, именно он виноват в том, что произошло с Асей. Виноват, что девушке голову задурил, виноват, что так быстро женился, виноват, что в ресторан повел и шампанским напоил до беспамятства. Гнусный эмигрантишка, одним словом, без корней и без морали.