Силы небесные, силы земные

Время проваливалось в глубокую ночь, не стоит Машку будить, тем более что теперь Лия не одна… И зуб требует неотложной помощи… Да и снова нарываться на грубость со своей багровой, вздутой щекой не хотелось.

Она встала у ячеек для хранения сумок и от нечего делать читала на стенках объявления, рассматривала детские рисунки – супермаркет организовал зачем-то выставку. Вряд ли эти рисунки здесь кто-то заметит и отметит, но зато торговой сети зачтется «социалка».

– Это тебя тот рыжий приложил? Твой парень, а?

Лия обернулась.

Скучающая кассирша решила разузнать подробности происшествия.

Лия пожала плечами, не ответив, и вышла в тамбур. Наконец она заметила в темноте силуэт Феликса. Он стремительно приближался.

– Извини, небольшая проблема возникла…

У него на плече осталось несколько серых ворсинок. Лия не стала уточнять, что за проблема, – какая ей разница.

– Пошли, – скомандовал Феликс и вышел из магазина первым, направляясь к проезжей части.

Лия увидела, что волосы на затылке Феликса, постриженные очень коротко, бобриком, мокрые.

Душ успел принять, что ли? «Бобрик», – так она его немедленно прозвала про себя, – с работы возвращался, когда они встретились, он сам сказал… Почему бы и не принять душ, собственно.

Ей почему-то стало приятно, что он это сделал перед новой встречей с ней. Лия была несколько брезглива и нередко воротила нос в транспорте от дурно пахнущих людей, особенно таких, у которых вонь была застарелая, от многодневной немытости и нестиранности.

Машину они поймали сразу.

Феликс продиктовал адрес, и ночная Москва тронулась за окнами.

Глава 3

Хлопнула входная дверь: девчонка сбежала из квартиры. Арсений выбрался наконец из скользкой лужи, почти вслепую добрался до ванной, пустил воду и, стащив перчатки, долго промывал глаза, пока резь не утихла. Посмотрел на себя в зеркало: ёпт, глаза красные, как у кролика-алкоголика… Ладно, не смертельно, пройдет.

Он стащил полотенце с держателя, вытер руки и принялся было натягивать перчатки, как увидел, что они в пене и геле.

И не только они – вся его одежда. Арсений аккуратно обмыл перчатки и куртку, насухо вытер, – насквозь вещи не промокли, повезло, все-таки кожа высшего качества. Джинсы он, смочив полотенце, просто обтер.

Вернувшись в гостиную, он осторожно обошел благоухающее месиво – запахи-то все знакомые – и уселся на старинный маленький диванчик с выгнутыми спинками по обеим сторонам, будто двое должны сидеть на нем лицом друг к другу.