Расколотый мир

Что-то о погоде, что-то о ценах, что-то про пенсионную реформу, но о себе ни-ни. И выпить всегда отказывается.

Правда, добрый малый и не жадный: старое инвалидное кресло-коляску Николаю Петровичу не только отремонтировал, но и усовершенствовал, электрическим приводом снабдил, так что теперь Колян мог дать отдых натруженным рукам и больше не крутить колеса: моторчик сам их вел, только сиди да управляй! Почти такси, едрить твою…

Почти, да не почти! Моторчик дело делал исправно, а вот душевно пообщаться Коляну со своим «клиентом» не получалось.

Может, потому, что подрастающее поколение в лице квартиранта упорно игнорировало житейский опыт и накопленную с ним мудрость инвалида, он, пребывая в дефиците общения, стал все больше интересоваться жизнью своего комнатосъемщика. «Надо ж знать, кого к себе в салон посадил!» – оправдывался перед собой Николай Петрович, въезжая однажды в комнату своего жильца, в отсутствие последнего, разумеется.

И не зря он полюбопытствовал. Кое-что удивило его – да так удивило, что позвал он Васяна на совместную экскурсию в комнату жильца.

– Гляди, – говорил он приятелю, открывая створки шкафа, – мальчишка живет, как на перевале! Вот пакет с трусами, вот пакет с носками, одна рубашка и одна майка. И вот сюда глянь, – переехал Колян на сторону платяного отделения, – один костюм висит.

– А чего такого? – не врубался Васян.

– Так он уже две недели тут живет! За это время можно вещи разложить, по-твоему? Или у него их нету, мужских вещей?

– Ты почему так решил?

– А вот посмотри! Скажи мне, что это такое?

– Журналы, – пожал плечами Васян.

– Да ты глянь, какие журналы! Для женщин!

– Ну, и чего?

– А то! Ты вот журналы для баб читаешь?

– Нет. Хотя заглядывал пару раз, у моих полно этого добра.

– А пошел бы сам покупать?

– Ни боже мой!

– А он накупил. Сам!

– Может, дал ему кто?

– Не, ну ты скажешь! Тебе б дали – ты бы взял?

– Не взял.

– То-то.

Некоторое время друзья молчали, размышляя. Первым прорезался Колян.

– Васян, он голубой, что ли? – делился подозрением со старым другом Колян. – Журналы для баб – это как понимать, а?

– А черт его знает… – чесал лысину Васек. – А в бабскую одежду он не переодевается?

– Не видал.