Дождь в октябре. Never

Голоса…

Были два взрослых мужских голоса и мальчика Вани. Любопытство ее пересилило, и она открыла дверь. Впереди, возле двери комнаты Кати и Вани, стоял седовласый мужчина в белом халате.

Ваня увидел Марию, выскользнув из руки врача, подбежал к ней и обнял.

– Спасибо Маша! Спасибо что помогла нам. Сейчас нас отвезут в больницу, а потом в новый дом, где будут другие дети, и много-много игрушек и сладостей.

Он отбежал от Марии. Взяв в руку доктора, он помахал ей, и они вышли из дома. Девушка уже хотела пойти за ними, но уже знакомый голос ее остановил.

– Стоять! —сказал Кирилл.

Маша посмотрела на него. Он облокотился плечом о стену и с улыбкой сказал:

– Тебе уже поздновато в детский дом… Или тебе в больницу надо, заболела?

– Мне на волю надо! —ответила Мария ему с иронией.

Он подошел, закрыл входную дверь перед ее носом, и развернул девушку к себе. Маша посмотрела ему в глаза. Взгляд опустился ниже, на губы, которые тут же расплылись в улыбке.

– Ну и что дальше? —спросил он.

– Остряк! – сказала девушка и пошла в душ. Спиной Мария ощущала его взгляд, но оборачиваться не стала.

Когда она вышла из душа, на кровати сидел Кирилл. Он смотрел прямо перед собой, не замечая ее.

– Целовать себя не дам… – сказала Мария, тем самым разбудив его от оцепенения.

Он улыбнулся.

– Опять провоцируешь? Долго играть не буду в твои игры, женщина, —похлопав по кровати рядом с собой, он спросил: -Присядешь?

Маша села на стул, напротив него, и ждала продолжения их нового диалога.

– Сегодня мы едем домой, – смотря девушке в глаза произнес Кирилл.

– Ты отпускаешь меня? – не веря своим ушам спросила она. —Спасибо! Я правда никому ничего не скажу и… можно мне назад мои вещи.

– Малышка… Ты не поняла меня, —сказал он, вставая с кровати. —Мы едем ко-мне домой. Ты будешь жить со мной.

– Что? – подскочила она со стула. —Но почему?

Мария была в бешенстве от услышанного. Она не хотела в это верить.

Кирилл встал перед ней.

Несколько мгновений Маша не могла понять, что произошло, но потом она его оттолкнула. Щеки горели от ярости…

– Потому что я так хочу! —сказал он и вышел из комнаты, оставив ее со своими мыслями и с бешено бьющимся сердцем. От ярости ли?

Прошел час или два. Точно Мария не знала. Часов ведь у нее не было. Постучав в дверь зашел Кирилл.