Сумасшедший отпуск

Пока сестра подбирала себе костюм для прогулок по лесу, я сменила майку на плотную рубашку и теперь судорожно рылась в сумке, пытаясь найти спрей, гель и еще какую-нибудь гадость от комаров и прочей живности, а когда наконец нашла, принялась рьяно обмазываться всем этим. Кстати, одна мазь была разработкой, над которой долго трудилась пара моих подруг. Кажется, это была тема их курсовой. Чем не повод проверить ее в деле?

Наконец мы вышли на улицу и, попросту захлопнув все двери, нос к носу столкнулись с соседом Гришкой: все те же линялые джинсы и стоптанные тапки.

От неожиданности и он, и мы с Галкой замерли.

– Э-э-э, здрасьте! – Он очнулся первым. Засунул руки поглубже в карманы и, зажмурив один глаз от лучей слепящего полуденного солнышка, криво улыбнулся. – Как спалось?

– Твоими стараниями! – фыркнула Галина и, цапнув меня под руку, небрежно осведомилась: – Тебе что-то нужно?

– А дашь? – не растерялся парень.

– А это смотря что! – не выдержала я.

– Не, – он помотал растрепанными волосами и, с неохотой вытащив руку из кармана, пятерней зачесал их назад, – такие советы я и сам дать могу! Лучше скажи – подработать чего надо?

Галина смерила его насмешливым взглядом.

– А что ты делать-то умеешь, работник? В смысле помимо ночных концертов?

Он задумчиво почесал висок.

– А чего надо?

– Ничего не надо! – отрезала я и потянула Галку за собой. – Пойдем уже!

– А куда вы собрались? – тут же заинтересовался он.

– На охоту за дикими комарами! – вспылила я и попросила: – Отстань, а?

– А давайте я вас провожу? – Он вдруг застенчиво улыбнулся, сияя на удивление белыми ровными зубами. – Я здесь все знаю!

– Серьезно? – Сестра задумалась, выразительно взглянула на меня и задвинула за спину. Видимо, чтобы не мешала вести переговоры. – А к реке выведешь?

– Да легко!

– А к озеру?

Парень задумчиво поворошил волосы.

– Смотря к какому.

– Ну уж нет, – не дослушала я его расценок, – мы и так из-за твоего вчерашнего концерта не выспались!

– А-а, вы про частушки? – усмехнулся он. – Да если честно, Николавна к ним так привыкла, что иной раз даже сама просит: спой, Гришенька.

– Не верю! – тоном Станиславского твердо заявила Галка.

– Чес-слово! – Гришка искренне приложил лапищу к загорелой до черноты груди.