Как найти Феникса

Как только от шмата остались одни ломти, он начал резать красные бока помидоров. Наконец, когда кромсать оказалось больше нечего, он обвел нас ясными, совсем не старческими глазами.

– Значит, поговорить хотите, госпожа заезжая волшебница? – Он уставился на Мафу так, словно она сперла у него рубль в праздничный день, и угрюмо усмехнулся. – Что ж, можно и поговорить, раз хочется. Только не думай, что ты способна эти проблемы решить! Хотя… Чего уж тут… – Старик опустил глаза и, разглядывая изрезанную столешницу, вздохнул.

 – Не колдуны мы… С даром предвидения не больно-то с призраками повоюешь!

– Ладно, забыли. – Мафа тоже перестала изображать крутого спецмагагента. Тихо откупорила бутыль и, нюхнув левой ноздрей, опознала содержимое, чем и была несказанно обрадована. – Олесь, ты того, не серчай! Спасибо за хлеб да соль. Давай, может, по чарочке? Мне после баньки так самое то!

Дед задумчиво пожевал усы, с сомнением покосился на бутыль, нежно прижимаемую тетей к необъятной груди.

– А по чарочке не великовато ль будет? Все-таки на меду настоянная! Может, стопками обойдемся? Это я не оттого, что жадный, это я к тому, что побеседовать бы надобно, а разговор долгий намечается…

– Хочешь сказать, что я пить не умею? – Тетя заняла наступательную позицию.

 – Да я, если хочешь знать, такое экспериментальное пойло употребляла, ради прогресса науки, естессно, тебе и не снилось! И ничего! Жива!

– Это ты сейчас про почечуйник? – уточнила я, жуя уже остывшую картошку, не забывая макать ее в свежайшую сметану.

– И про почечуйник тоже! – кивнула тетя и приказала Митяю: – Давай, малец, метнись за стаканами!

Пацан покосился на деда, дождался кивка и бросился в сени.

– Ну, стаканы так стаканы! – Олесь вдруг усмехнулся в усы и неопределенно буркнул: – Может, так даже и лучше.

– Так всяко лучше! – Тетя не стала вдаваться в расспросы. Только уточнила: – Может, еще и квасок найдется?

Дед Олесь с тяжким вздохом поднялся…

Вскоре на столе появились запотевший кувшин с квасом и три стакана.

Митяй уселся рядом с дедом и принялся уплетать нехитрый ужин. Тут скрипнула входная дверь, впуская убитого горем Афанасия. Оглядев нашу честную компанию, он скорбно поинтересовался:

– Я тут случайно услышал что-то про стаканы… и картошку… и квас… и вообще… – Он всхлипнул. – Вот вы, значит, как? Поизгалялись, чуть не убили и бросили ночью одного, холодного и голодного! Хорошо хоть, друг верный овсом поделился.