Долгая дорога к трону

Я знаю, ты хочешь посвятить свою жизнь ушедшим и стать Хранительницей Равновесия, но… однажды ты поймешь, что быть Хранительницей – это не мечта, а всего лишь скучный долг, который очень трудно исполнять в одиночестве…

Я не сдержала вздоха. Как могут измениться убеждения и мечты за каких-то два дня… Тогда я и слышать не хотела о замужестве, а сейчас… Сейчас я бы согласилась на что угодно, если бы это могло изменить то, что произошло…

Перед глазами возникло лицо моего случайного попутчика, и я вновь ощутила его поцелуй.

Танита

Предательский скрип двери и шаги у кровати заставили меня очнуться от тревожного сна, вскинуть руку с готовой сорваться молнией и только после открыть глаза.

– Ой… извини… – Я зажмурилась от яркого солнечного света. У кровати стоял Дерран. Прижав палец к губам, он поманил меня за собой и вышел за дверь. Я бросила взгляд на подругу, чему-то улыбающуюся во сне, и выскользнула следом. Кажется, просыпаться с активированной молнией начало входить у меня в привычку.

– А ты можешь потушить свой «фонарик» и не разрушить здесь что-нибудь еще? – Дерран с опаской кивнул на молнию. Я пожала плечами и заставила мощь стихии перетечь в один из разряженных амулетов, болтающихся у меня на запястье. Теперь выстрелить молнией сможет даже Сэм. Только один раз.

– Так лучше?

– Спокойнее, – кивнул эльфир, обнял меня за плечи и потянул за собой.

– И зачем ты меня разбудил в такую рань? – Я дернула плечом, освобождаясь из его объятий.

Наглец!

– Спешу насладиться местью. Уже семь утра, а прислуга спит! Кто будет приносить мне чай и развлекать беседой?

Я даже остановилась.

– Ты серьезно разбудил меня только ради этого?

Дерран виновато развел руками.

– Вообще-то мне действительно скучно. Сэм еще спит, а Лекс ушел. Корш пытается лечить больную голову, но от этого становится лишь пьянее…

– Лекс ушел? – Из всего сказанного я услышала только это. А если он действительно мог привести нас к принцу Сандру?

– Ушел.

– Но… кто он? Откуда?

Коридор закончился, и под ногами на все лады заскрипели старые ступени. В зале по-прежнему было пусто, если не считать прислугу и двух мужчин, сидевших за столиком у дальней стены.