Долгая дорога к трону

 – Он украдкой мне подмигнул и пояснил брату: – Ведь если, по твоему утверждению, она проиграла, значит, с сегодняшнего вечера Танита идет с нами. Не забывай и о моем желании тоже! Люблю, знаешь ли, путешествовать с комфортом!

– Вот тупак! – искренне расстроился Сэм. – Что ж я не загадал поцелуй утром, в обед и вечером? – Он покосился на меня и обиженно махнул рукой. – Эх вы, бабы, обещать все горазды, а приходит время расплачиваться, так никого! Хитрые, как змеи!

Я только развела руками.

Вскоре мы свернули на обшарпанную улицу. Добротные дома зажиточных горожан и пышные сады, что цвели в центре Рясок, сменились небольшими огородиками у тесно налепленных, обшарпанных лачуг. Отовсюду, из давно немытых окон, из застиранных до дыр вещей, сушившихся на веревках, из глаз тощего, чумазого мальчишки, на нас смотрела ничем не прикрытая бедность окраин.

– А куда мы идем? – Я шарахнулась к Деррану от безумно скалящегося нищего, больше похожего на высушенный солнцем, обтянутый кожей скелет.

– Скоро стемнеет… – Дерран швырнул нищему медную монетку и внимательно взглянул на небо.

– …а у Корша, если до заката комнату не застолбил, то все, можешь идти ночевать на улице, что равносильно самоубийству! – закончил Сэм.

– А-а-а, так вы направляетесь в трактир? – догадалась я. – Э-э… а если вы, как я поняла, из знатного и богатого рода, тогда зачем снимать комнату в дешевой забегаловке?

Братья переглянулись.

– Просто нам, так же, как тебе, есть, что скрывать и от кого прятаться! – Дерран смерил меня многозначительным взглядом и посоветовал: – Не суй нос в чужие дела! Иногда это поможет сохранить тебе жизнь.

Сделав вид, что мне совершенно наплевать на них, я поправила мешок за спиной и, дав себе зарок больше ничего у них не спрашивать, пошла рядом.

Вскоре мы остановились у довольно внушительного двухэтажного бревенчатого дома.

Одолев пять исшарканных добела скрипучих ступеней, мы остановились у массивной двери, над которой поскрипывала вывеска с изображением исходящего пеной бочонка.

Дерран пару раз стукнул кулаком в дверь так, что в доме наступила мертвая тишина.